– Я - агент, - раздался голос за его спиной.

Блайт повернулся и увидел у окна низенького, простовато одетого человека. У него были серо-голубые глаза, веснушки во всю переносицу крупного представительного носа, насмешливо сложенные губы и волевой подбородок. Парика он не носил, и его рыжие волосы с седыми прядями были коротко острижены, в манере работяг.

Блайт смерил его с головы до ног взглядом. Он понял, что имеет дело с человеком из низшего сословия.

– Как вас величать, мой друг?

– Мартином.

– И что вас привело сюда?

– Я представляю интересы "Карнморской медной компании".

– Никогда не слышал о такой.

– А вот это меня удивляет. Председатель с часа дня ни о чем более не говорит.

Поднялся один из агентов рядом с Тонкином.

– К чему вы стремитесь, сэр, скупая столь крупные партии меди?

– К тому же, что и вы, сэр, - почтительно ответил Заки.
– Переплавить руду и затем продать её на рынке.

– Полагаю, вы агент недавно созданной компании?

– Именно.

– Кто ваши наниматели? Кто вас финансирует?

– "Карнморская медная компания".

– Да, но это лишь название, - перебил Блайт.
– Кто те люди, что образуют и контролируют эту компанию? Тогда мы поймем, с кем имеем дело.

Заки Мартин помял шляпу.

– Полагаю, они сами решат, называть себя или нет. Но я их агент, как и вы, делаю от их имени заявки, как и вы, и скупаю руду, чтобы её переплавить, так же, как и вы.

Гарри Блюитт не смог усидеть на месте.

– А что, разве мы знаем имена акционеров "Медеплавильной компании Южного Уэльса", Блайт?

Блайт захлопал на него ресницами.

– Блюитт, вы что ли за этим стоите?

– Нет, сперва сами ответьте на вопрос!
– закричал другой управляющий шахтой.

Блайт повернулся к нему.

– Вы ведь прекрасно знаете, что мы вошли в дело при полной поддержке друзей. Наша репутация не подвергается сомнению, и...

– Как и их! Вот когда просрочат платеж, тогда и говорите!

Тонкин легонько постучал по столу.

– Джентльмены. Джентльмены. Мы ведем себя неподобающе...

– А когда были взяты образцы, Тонкин?
– повернулся к нему Блайт.
– Не в присутствии ли всех агентов. Тут сговором попахивает. Среди нас не было этого незнакомца при взятии проб.

– Я перепутал день, - ответил Заки.
– Я прибыл на второй день, и мне великодушно предоставили возможность взять пробы самому. Моя компания тем самым не получила преимущество.

– Это нечестно, мистер Тонкин. Это смахивает на сговор...

– Вполне честно, - сказал Окетт, жутко кося глазами от возбуждения.
– Что ж здесь нечестного? Никаких тайных сговоров, которые стояли бы на страже определенных интересов, попрошу заметить...

– Кто вы...

– А теперь послушайте меня, - произнес Заки Мартин тихим голосом, который постепенно становилось слышно все лучше, поскольку всем хотелось услышать.
– Послушайте меня, мистер Блайт. И все остальные джентльмены, которые стараются бросить тень на меня и мои действия. Я не собираюсь создавать помехи или вставлять кому-то палки в колеса. Я хочу, чтобы всё было честно и открыто. Мы с друзьями подумываем запустить небольшой плавильный завод и решили прикупить сегодня медь, чтобы иметь небольшой запас под рукой.

– Плавильный завод? Где?

– Мы вовсе не намерены оставлять в дураках остальные компании - напротив. Это не в наших правилах. А станется так, что мы купили больше необходимого, то обязуюсь продать две-три партии любой желающей компании. В дружеской, так сказать, манере - полюбовно, без обид. По сегодняшней цене. Прибыли нам не надо. Я вернусь к следующему аукциону и прикуплю еще.

Росс заметил, как изменилось лицо Блайта. Слово взял один из брокеров, но Блайт его прервал.

– Так вот в чем весь фокус? До крайности попахивает сговором. Милый замысел, да, поднять цены и прижать законных покупателей. Нет уж, вам и вашим друзьям - не сомневаюсь, что некоторые присутствуют сегодня среди нас - придется придумать иную уловку, чтобы провести нас, старожилов. Оставьте руду себе и везите на свой плавильный завод, и расплатитесь за нее к концу месяца, иначе к десяти часам следующего дня все владельцы шахт поднимут шум.

Тут подскочил Джонсон, едва не ударившись своей массивной головой о потолочную балку.

– Нет нужды в оскорблениях, Блайт. Если мы и не получим свои деньги, то не придем к вам жаловаться!

Ричард Тонкин вновь постучал по столу.

– Давайте закончим торги.

На этот раз ему удалось добиться своего, и до конца аукциона царила тишина. Две трети лотов - все превосходного качества - отошли к "Карнморской медной компании". Общая сумма сделок составила пять тысяч фунтов.

Затем все вместе спустились к ужину.