Причалили они к полусгнившим мосткам в крохотном заливе, представлявшем собой природную гавань. От мостков до дома было метров пятьдесят. Отсюда был виден и противоположный берег острова, на который накатывали огромные волны. Скоро будет шторм. Ночь их ждет тяжелая. Вокруг простиралось огромное серое море.

Когда Буссе в первый раз привез ее сюда, Клара подумала, что так, должно быть, выглядит край света.

Повернувшись, Клара увидела, как Буссе помогает Габриэлле сойти на берег. Габриэлла выглядела усталой и растерянной. Кларе стало стыдно за то, что она притащила ее сюда. Но без Габриэллы она бы не справилась. Для нее одной эта ноша была слишком тяжелой.

– Эй, – крикнул Буссе, – Ночка вас ждет ветреная. И холодная. Снег пойдет сильнее. Я буду думать о вас, когда буду лежать дома в кровати под пуховым одеялом, – усмехнулся он.

Потом обнял Габриэллу рукой за плечи и добавил:

– Это сильно отличается от твоей конторы в столице, да?

Габриэлла раздраженно посмотрела на Буссе. Клара невольно улыбнулась. Если кого не стоит недооценивать, так это Габриэллу. Клара подошла к ним и взяла подругу под руку.

– Габриэлла не типичный адвокат, Буссе, – сказала она. – Она моя подруга.

– Ну да, – сказал Буссе. – Но ты у нас тоже стала адвокатом… в бегах…

Покачав головой, он пошел к дому.

– Он не такой плохой, каким кажется, – прошептала Клара. – Просто тебе нужно узнать его получше.

– Конечно, – улыбнулась Габриэлла. – Но сложно представить двух других таких разных людей, как ты и он, согласна?

Буссе открыл дверь в хижину, и все поспешили зайти внутрь. В доме была одна комната размером около тридцати квадратных метров с альковом для кровати. Кровать стояла на возвышении. К ней вели ступеньки. Перед камином стоял старый продавленный диван с зеленой обшивкой. Стены и пол были из необработанного дерева. Рядом с альковом располагался кухонный уголок с газовой плиткой. Там же стояли две сумки-холодильника. Буссе поспешил подкинуть дров в камин.

– Я припас вам дровишек, – сообщил он. – И газовый баллон. В сумках есть сыр и молоко. А еще пюттипанна, яйца и свекла. Копченый лосось. Картошка. На пару дней хватит. И еще кое-что.

Он достал пол-литровую бутылку из-под кока-колы с прозрачной жидкостью внутри.

– А это что? – спросила Габриэлла.

Клара покачала головой.

– Фу на тебя, Буссе, – усмехнулась она и повернулась к Габриэлле. – Это настоящий винтаж. Домашний самогон. Прямо из самогонного аппарата Буссе, не так ли?

– Именно так, – заверил их Буссе. – Местная достопримечательность. Вкуснее самогона вы не пробовали. И ни в одном магазине вам такого не найти. Что может быть лучше на Рождество? И никакого похмелья.

Он посмотрел на часы.

– Думаю, у вас есть все, что нужно. Я приеду завтра, если шторм стихнет. А сейчас у меня дела.

– Поезжай, – сказала Клара, которой хотелось остаться наедине с Габриэллой. – Мы справимся.

Она обняла Буссе на прощание.

– Спасибо за помощь. Ты снова спас мне жизнь.

Буссе смутился.

– Ну что ты. Мне жаль, что я так мало могу для тебя сделать!

Буссе пошел было к двери, но остановился и обернулся:

– Кстати, я забыл сказать. Я привез твое ружье. На всякий случай.

Он кивнул в сторону камина. Клара увидела свой дробовик и пару ящиков патронов. Клара подошла и погладила его по щеке.

– Спасибо. Но, боюсь, если нас обнаружат, пользы от него будет мало.

Сидя на полу, прислонившись к стене, Георг слышал, как старый дом скрипом и скрежетом протестовал против атак зимнего шторма. В наушнике было тихо. Он явно слышал голоса, когда обнаружил его в стенном шкафу, но с тех пор, как Георг вставил его в ухо, никто на связь не выходил.

Георг несколько раз проверил батарейки и звук. Они работали. Оставалось только надеяться, что они не приказали всем поменять частоту.

Впрочем, какая разница. Он все равно не знал, что бы он сделал с полученной информацией. Он пленник. Трусливый пленник, у которого нет ни смелости, ни гражданского мужества, ни даже инстинкта самосохранения, чтобы активно действовать. Иначе как можно объяснить то, что он позволил втянуть себя в это, не сопротивляясь и не задавая вопросов? Он даже не пытался помочь Кларе, которую хотят убить. А теперь все зашло слишком далеко. Он заперт в этой комнате. Он ничего не может сделать, никому не может помочь. Георг закрыл лицо руками и застонал.

Вдруг в ухе раздался голос Рейпера. Так громко и отчетливо, что Георг вздрогнул. Сердце пропустило удар. Он даже обернулся и только потом сообразил, что этот спокойный голос без тени волнения идет из наушника.

– Бета один вызывает альфу один, – сказал Рейпер.

Через секунду раздался голос Кирстен.

– Альфа один здесь.

– Перейди на канал пять. Подтверди.

– Перехожу на канал пять.

– Хорошо. Услышимся там. Конец связи.

– Конец связи.

Георг начал вертеть передатчик в руках. Канал пять, канал пять, канал пять. Он нашел переключатель, над которым было написано «Каналы». Пощелкал кнопкой и на дисплее высветилась цифра пять. Через пару секунд раздался голос Рейпера.