– Нам пора, - поднялась из-за стола Лиза.

– Американец здесь уже был месяц назад. Только без своего уродливого монстра, - лениво бросила наживку Прилипала.

– Нам пора, - встала и Юля.

– Ну, девочки!
– умоляюще протянула Шурочка, жадная до сплетен, и, нехотя, потянулась к выходу за подружками.

– Завтра весь город будет повторять: "Мисс Бетти, вы самая красивая барышня в мире", - зло глянула назад, на кофейню, Лиза.

– Ты недооцениваешь Прилипалу, уже сегодня к обеду! Мы влипли, - расстроилась Юля.

– Фи! Мамам прочтет мне часовую мораль, - сделала вывод Шурочка, - Интересно, Прилипала успела подслушать о вечернем свидании?

Шурочка произнесла вслух то, о чем думали все.

– Нечего грустить. Во всем есть и приятная сторона, - подбодрила подруг Лиза.

– Интересно, какая? Нас угостили кофе? У тебя появится новое прозвище: "Мисс Бетти"?
– удивилась Юля.

– Я не против. Вы лучше придумайте, как нам попасть на вечернюю встречу.

* * *

Николай вошел в кондитерскую ровно в шесть. Свободных столиков не было. Коля сунул официанту рубль и попросил зарезервировать для него первый освободившийся столик, а сам вышел на улицу, чтобы встретить барышень у входа. Если в кофейне посетители в основном составляли юные дамы, то недалеко от входа курили четверо молодых людей, в помещении курение не приветствовалось. Ершов, воспитанный в духе западного здорового образа жизни, в США не курил, но в России "баловался", поддерживая компанию.

Николай достал сигарету и попросил прикурить у старшего из четверки, офицера-пехотинца, похожего на огородное пугало в мундире, высокого, костлявого и неуклюжего.

– О! Американец!
– заинтересованно посмотрел тот на сигарету. И представился, - поручик Рыжевский.

– Инженер Ершов, - приподнял шляпу Николай, и задал естественный вопрос, - что нового на границе?

– Пока нет никаких новостей. Этот ваш вопрос мне сегодня задала моя старенькая тетя, от которой обычно слышишь: "картохи сажать еще рано, а маркву пора проращивать".

– Хунхузы постоянно шалят, беспокойство людей можно понять.

– Беспокойство? Скорее виновата скука, господин Ершов. Отсутствие развлечений.

– Месяц назад, когда из патрулирования вернулся "Кореец", двенадцать офицеров устроили местным дамам настояний праздник.

– Помню-помню. Так вы здесь уже целый месяц?
– фальшиво удивился поручик.

– Без моего огнедышащего коня меня никто не замечает, - засмеялся Николай.

– Зато теперь собрался весь "цветник", чтобы посмотреть на "американца, который влюбился в дыл... в Лизавету" и считает её самой красивой в мире. Здесь чашка кофе стоит двадцать копеек, вы оставили барышень без карманных денег. Я сопровождаю кузину, столик у окна, в шляпке из французской соломки.

– У вас, господин поручик, обворожительная кузина.

Поручик закрутил лихие усы привычным движением, будто иметь симпатичную кузину это особая доблесть.

– Вы позволите покинуть вас, господин поручик, я вижу на горизонте обожаемую "мисс Бетти", с подругами. Сегодня их четверо.

– Это Фёкла Ивановна присоединилась, старшая сестра Лизаветы. Смотрит на всех сверху вниз. В прямом смысле этого слова. Однажды она дала пощечину лейтенанту Беляеву, так тот упал лицом в грязь, был пьян, не иначе.

– Упал лицом в грязь, фигурально?

– Буквально. Бегите к своей "богине", - поручик перекрестился.

Фекла лишь пару сантиметров не дотягивала до высокого Николая.

"Если бы она жила в Америке, то, наверняка, была бы выше меня", - Николай на себе испытал воздействие географии проживания, он перерос отца на десять сантиметров. Знакомые ему американские японцы и китайцы были гораздо выше местных.

– Добрый вечер, мисс Фёкла Ивановна. Слышал о вас много хорошего.

– Здравствуйте, господин инженер. Уж не от поручика ли?