– Вот как? Герцог с мозолями слесаря?
– усмехнулся шеф полиции.

– До мозолей слесаря мне очень далеко, - засмеялся Ершов, - Я инженер, который любит работать с металлом. Знаете ли, неплохо, когда сам можешь показать механику или слесарю, как именно нужно работать.

– Я и сам, будучи индийским плантатором, не чурался лично опробовать новшества. Хотя, должен сказать, таких крепких ладоней не заработал, - холеный человечек маленького роста, по прозвищу "добрый старый Мак", говорил доброжелательно и немного покровительственно.

– Вы любите новшества?
– удивился Ершов.

– Я склонен к консерватизму, но понимаю, нельзя игнорировать новые достижения науки. Например, дактилоскопию.

– Новое достижение? Простите, сэр, но еще двести лет назад один ученый-итальянец доказал, что папиллярный рисунок уникален. Уильям Вудвилл Рокхилл, третий помощник госсекретаря США, убеждал меня, что китайцы знали об этом еще до рождества Христа.

– Пустое! Главное, кто применил открытие на деле. Четыре года назад хозяйка салона модной одежды из России изготовила модель бессажевой горелки, и назвала её примусом. Никто не возмущался, когда она получала патент, ни "мудрые китайцы", ни ученый-итальянец, ни Карл Нюберг, изобретатель паяльной лампы. За год её мастерская выпустила всего тысячу горелок. Все молчали. На следующий год мастерская выросла в завод, и его хозяйка продала сто тысяч примусов. Карл Нюберг подал иск в суд, посчитав, что его горелка очень похожа на примус, - поддержал "доброго старого Мака" Сазонов.

– Женщина-изобретатель?
– удивился Ершов.

– Да! Она разносторонне талантлива: изобрела примус, придумала множество фасонов одежды, вывела невероятно урожайные сорта растений, построила уникальный концертный зал. "Заводные механические игрушки" - это тоже она!!! Говорят, что Тимченко и Фрейденберг создали свой "Оптический театр" по её подсказкам и на её деньги, - сделал рекламу соотечественнице Сазонов, - Я думал, вы, мистер Ершов, знаете, о ком я говорю.

– Постойте, Сергей Дмитриевич, это вы о Елене Акимовне говорите, о жене Бузова?
– догадался Ершов.

– О ней! Они, правда, не афишируют свой брак. Поклонницы таланта Бузова впадут в черную меланхолию, узнав, что их герой женат, - развел руками Сазонов, помолчал и добавил, - Недавно Елена Акимовна сделала крупные пожертвования в фонд борьбы с эпидемией холеры, охватившей Поволжье. Высочайшим повелением его Императорского Величества Бузову был пожалован орден Святого Владимира 4-й степени.

– Бузов получил потомственное дворянство?
– опешил Ершов

– А вы, герцог, не знали? Посол говорил, что Бузов ваш старинный друг, - удивился Сазонов.

– Ваш друг Бузов, видимо, не стремился к этому. Думаю, и орден, и дворянство - это инициатива его жены, - хихикнул толстяк Мак, - Но вы сами, герцог, должны быть рады за друга.

– Безусловно.

– Я слышал, леди Бузова изобрела смеситель для горячей и холодной воды. На мой взгляд, это бесполезное, я бы даже сказал, вредное изобретение. В Англии, уверен, оно не приживется, - сказал толстяк Мак.

– Не понимаю. Горячая и холодная вода, смешивается до желательной температуры, и вытекает через один кран. Очень удобно, не нужно затыкать пробкой раковину и мыть в ней руки, можно делать это под струей воды из крана, - возразил полицейскому Ершов.

– Это бессмысленное расточительство!!!
– горячился Рокхил, - Надеюсь, в цивилизованной Европе это изобретение запретят.

Возникла долгая пауза. Рокхилл уже раскланивался, собираясь уходить, но остановился.

– Мистер Ершов, если ваши японские коллеги начнут беспокоить вас здесь, в столице, своими угрозами и покушениями, то, прошу вас, обращайтесь. Лондон - не Вашингтон, мы мгновенно наведем порядок.

– Спасибо, - поклонился Ершов.

– Спасибо вам, мистер Рокхилл. Мы обязательно воспользуемся вашим любезным предложением, - благодарно расшаркался Сазонов.

Когда полицейский отошел подальше Ершов сказал Сазонову:

– С англичан станется, они в ваннах Букингемского дворца нанесут, в целях экономии воды, линию - предельно допустимый уровень воды: сантиметров десять-пятнадцать, - пошутил Ершов по поводу местного скупердяйства.

Сазонов промолчал, не поддержал шутку Ершова.

* * *

Раут прошел в непрерывных встречах и разговорах, которые правильнее было бы назвать переговорами. Не все собеседники были настолько доброжелательны, как шеф-констебль. Зачастую, Ершов терялся от завуалированных выпадов своих собеседников.

Леди Винтерс весь вечер крутилась недалеко от Ершова, пытаясь обратить на себя его внимание. Николай, участвуя в бесконечных разговорах, машинально отхлебывал из бокала, не пропуская ни одного коктейля. Он снисходительно относился к низкой крепости этих напитков, тем более, от болтовни у него пересыхало горло. В конце вечера, когда Сазонов потащил Ершова к выходу, леди Винтерс случайно оказалась рядом, и в легкой непринужденной манере пригласила Николая к себе, посмотреть коллекцию китайского фарфора. Обычно, Ершов брезговал женщинами, приглашающих в свою постель в первые часы знакомства, но у Николая целый месяц не было секса, а коктейли оказались далеко небезобидными. Намеки Сазонова Ершов игнорировал. Николай воспринял их как заботу о здоровье, а не предостережения об опасности иного рода, поэтому он понадеялся на стратегический резерв: два последних презерватива.