— Не-а.

— И я не верю. Поэтому поройся, поспрашивай, не знаю… Карты там раскинь.

— Ага, предложите ещё на внутренностях погадать. Кстати, а ведь это идея.

Если правильно помню, нам сегодня надо съездить к одной гадалке, вразумить, так сказать, почему бы и не совместить полезное с неприятным.

— Эй, а ну стой! — встревоженный Потапыч аж привстал со стула. — Ты на чьих внутренностях гадать собралась?!

— Обещаю, ни одно животное не пострадает, — чтобы не пришлось держать отчет в планируемых мероприятиях ещё до их осуществления, я выскочила из кабинета и направилась к стажеру. — Подъем, нас ждут великие дела.

Похоже, сидеть полдня взаперти Юре осточертело до тошноты, потому что никаких вопросов не последовало, и парень воодушевленно поспешил следом.

Перед дверью пришлось притормозить и предупредить соглядатаев о выдвижении в город. Судя по невнятному «угу» в ответ, там тоже мужественно боролись с зевотой, причем с переменным успехом.

— Куда мы? — Юра уже пообвык, потому в мою машину сел без гримас отчаяния.

— К одной даме, которая лечит по фотографии.

— А зачем она нам? Думаете, может что-то знать?

Ага, как говорила одна моя знакомая — про тэбэ и куры шепоталы.

— Затем, что на работе надо работать. Хотя бы изредка. Ведьма из неё так себе, заговоры слабенькие, а вот гадает неплохо. Нам её всё равно посетить надо, вот и спросим.

Ехать пришлось через половину города, у нашего управления районных отделений нет, руководство решило не плодить бюрократов. С одной стороны, правильно, всё-таки количество паранормалов на порядок ниже, чем обычных людей, зато в плане добирания к объекту неудобно.

— На неё поступила жалоба?

— Да. На крупные дела у неё силы дара не хватает, поэтому дама берет количеством. И тем самым привлекла к себе избыточное внимание.

— Какая-нибудь газета «Спид-инфо»?

— Боже, ребенок, надеюсь, ты это не читаешь? — я хмыкнула, заметив, как Юра смутился. То ли из-за обращения, то ли в самом деле интересовался такой прессой. — Нет, писаки из желтых изданий не самое страшное. Зато есть установленные правила, которые определяют степень публичности, и Степанида их почти нарушила.

Случалось подобное нередко, поэтому такие вот рейды стали утомительной, но необходимой обязанностью. Серьезные наказания за такую деятельность не предусматривались, хотя и по голове не гладят. Кому же хочется ругаться с вышестоящими, тем более, что действительно сильные ведьмы лохотроном не занимаются, а сошки поменьше не наглеют.

— У всех ведьм странные имена? Ну, вы Альбина, она — Степанида…

— Светка она по паспорту. А со мной немного печальнее, родители извратились. Отец не звонил?

— Нет.

Жаль, я надеялась, что он быстренько разберется с возникшей проблемой и избавит меня от круглосуточной повинности.

У Юры звякнул телефон, отчитываясь о полученном смс, и дальше мы ехали в тишине, стажер активно с кем-то общался эпистолярным способом, а я рулила по адресу.

Светка уже не раз попадалась на излишне активной деятельности, так что дорога была хорошо знакома. В первые два раза ведунью Степаниду — именно так она называла себя в объявлениях, печатаемых на последних страницах бульварных газет — строго предупредили. Она впечатлялась, но потом всё повторялось. А потом и пугаться перестала, относясь к визитам правоохранителей как к неизбежному злу. После того, как помогла раскрыть пару преступлений, Светка и вовсе немного оборзела, хотя и не клинически. Так что мы с ней были знакомы, пусть и не особо симпатизировали друг другу.

— Выгружайся, нам сюда.

Двор был самым обыкновенным — асфальт в колдобинах и трещинах, песочница, в которой окурков больше, чем, собственно, песка. Возле подвального окошка батарея пластиковых лоточков с остатками сухого корма.

Вкопанные возле ничем не засаженной клумбы покрышки не дали подъехать вплотную, поэтому пришлось тащиться к дальнему подъезду пешком.

Заклеенная объявлениями дверь была приоткрыта, приглашая в прохладное нутро, пропахшее сигаретами и кошками. Лифт, естественно, не работал, поэтому на седьмой этаж пришлось тащиться пешком, зато узнали много интересного по поводу жильцов. Судя по тому, что за настенной живописью не везде проглядывал изначальный цвет краски, ремонт тут последний раз был ещё при Никите Сергеевиче. Ближе к цели нашего путешествия просто матерные надписи немного разбавились высказываниями по поводу богомерзкой пособницы диавола, намекая, что соседи деятельность Степаниды не особо поддерживали.

— Кто? — на звонок сначала никто не прореагировал, я уж подумала, что мы зря сюда тащились, но ожидание оказалось ненапрасным.

— Простите, я… мне… я по объявлению.

Услышав моё тонкое блеяние, Юра вытаращил глаза, но спросить ничего не успел, я вовремя шикнула.

— Сейчас.

Пару минут за дверью чем-то шуршали и гремели.

— Если бы я сказала, кто мы и зачем пришли, хрен она бы нам открыла, — я передвинулась в более глубокую тень, чтобы Светка не смогла меня узнать.