Эвар изумился: обычно президентский пост занимали люди, что называется, золотого возраста. Ушедшему президенту было восемьдесят, его предшественнику, который умер на своём посту — девяносто два. Впрочем, понять Совет можно: важен не возраст президента, а его популярность в народе. Судя по всему, никто в будущем правительстве не хочет делиться с Жераром полномочиями, вот и предлагают чисто синекурный пост. Эвар взглянул на жену: Мадлен смотрела несколько удивлённо — видимо, и она не оценила этот жест Совета. Но, судя по всему, альтернативой является просто уход из политики, сразу после стремительного возвращения в неё. Может, и неплохая альтернатива…

— Я подумаю, — сдержанно ответил Эвар.

— Вот и хорошо! — обрадовался Февр. — Жерар, можно мне поговорить с вами с глазу на глаз?

— У меня нет секретов от жены.

— Тем не менее… это будет чисто мужской разговор на десять минут…

Мадлен натянуто улыбнулась и ушла в детскую. Эвар вздохнул:

— Да, Гастон, что вы хотели сказать?

— Что происходило с вами на Земле, Эвар?

Хозяин дома вздрогнул от неожиданности. Он уже отвык от того имени, которое носил в Амазонии, да и подзабыл, что Февр в курсе первой мнемограммы.

— Вы действительно тот самый Эварист Галуа? — пристально глядя на Эвара, продолжал Февр.

— Гастон, зачем вы это спрашиваете? — изменившимся голосом произнёс Эвар.

— Просто интересно. Отчего погиб майор Луазье?

— Его крокодил загрыз.

— В пустыне уже завелись крокодилы?

— Мы находились не в пустыне. — Эвар был застан врасплох и совершенно сбит с толку, а потому не знал, что говорить, а чего не стоит. Судя по всему, Февр на это и рассчитывал.

— А что в тех местах?

— Джунгли.

— А, вот как! Значит, река Амазонка никуда не делась?

— Нет, конечно.

— И там находится этот, как его… Мир Спасения?

Эвар начал злиться:

— Гастон, зачем вы обо всём этом спрашиваете? Хотите устроить новую экспедицию на Землю? Допустим, найдёте вы джунгли, Амазонку, Мир Спасения. О чём станете говорить с этими людьми?

— А почему бы нам с ними не сотрудничать?

— Как вы это себе представляете? Рассчитываете, что они вам передадут темпоральную технологию?

— Почему нет?

— Потому что они не доверяют государствам. Когда-то были вместе, а потом разошлись. Вы сами, окажитесь на их месте, стали бы доверять?

— Не знаю. Я никогда не был на их месте.

— Гастон, а куда делись другие люди, пришедшие из Мира Спасения в Галлию? — Эвар решил перейти в наступление.

— Какие люди? — Февр посмотрел пристально на своего собеседника.

— Мне известно, что за последние сто лет сюда прибыло сорок человек. Ещё более семисот — в другие государства. Что с ними?

— Понятия не имею! — покачал головой Февр. — Для меня это совершенная новость. Вы можете их назвать? Тогда я посмотрю, какие сведения о них имеются в нашей картотеке.

Эвар понял, что сболтнул лишнее. Кто знает, что сделает Служба Безопасности с людьми, пришедшими из Мира Спасения? Жаль, сам не занялся этим вопросом, когда имел такую возможность. Не до того было…

— Мне известны только те их имена, которые они носили в Мире Спасения. Вернее, в Амазонии: с другими колониями я дела не имел.

Февр выразительно пожал плечами. Наступила короткая пауза. Эвар решил перевести разговор на другую тему:

— Кстати, Гастон, давно хотел вам сказать: многие пираты, как и я, видят то, что скрыто от сознания большинства людей. Это позволяет им создавать 'невидимые' базы, особенно в Солнечной системе.

— Спасибо, Эвар, — усмехнулся Февр. — Я так и понял, когда изучал материалы ваших операций. Как вы полагаете, откуда у них эти способности?

— Не знаю, — признался Эвар. — Возможно, связано с определённым антиобщественным настроем этих людей. Я, в бытность мою Эваристом Галуа, тоже не мог похвастаться благонадёжностью.

— Да, знаю, читал про вас, — улыбнулся Февр. — Должен признаться, именно описание ваших операций убедило меня в том, что ваша первая мнемограмма даёт подлинную информацию. Извините, что я так топорно сработал тогда — отпугнул вас. Спасибо, что вы меня не возненавидели.

— Ничего, — сдержанно ответил Эвар. — Надо признать, та экспедиция вызвала интересную цепь событий, так что в известном смысле я вам за неё даже признателен.

Февр кашлянул:

— Скажите. Эвар, а если неофициально… Меня лично вы могли бы доставить в Амазонию? Одного.