— Привет, Жерар! Поздравляю с боевым крещением истребителя!

Эвар смутился:

— А… Ты видел, что тут произошло?

— Конечно! Ты сработал по высшему классу! Я сам не сумел бы уделать их лучше!

— Слушай, Жан! Я вижу перед собой пять галлийских истребителей, это не…

— Я в том из них, который идёт впереди! Решил, понимаешь, тряхнуть стариной!

У Эвара глаза округлились от удивления. Маршал сам ведёт звездолёт, командует эскадрильей? Идёт на помощь к нему, Жерару Ларм? Он опомнился: да, разумеется, очень логичный поступок со стороны опытного аса, которому нужно встретить звездолёт с особо важными персонами. Эвар собрался с духом:

— Слушай, Жан, если честно, то я сам не понимаю, как это у меня получилось. Я в какой-то момент потерял равновесие, схватился за что-то, нечаянно нажал кнопки ведения огня…

Маршал громко заржал:

— Нечаянно, говоришь?! Чёрт возьми, мне бы такое 'нечаянно'! Я этот манёвр три года разучивал! Его, кроме меня, два человека в нашей армии умеют выполнять и ещё десять-двенадцать иностранцев! В общем, мои комплименты! Заслужил, Жерар, молодчина!

— Угу, спасибо, — смущённо кивнул Эвар. Было жутко неудобно принимать похвалы за действия в состоянии — если назвать вещи своими именами — испуга и паники. Бордо, видимо, понял это, потому что сменил тему разговора:

— А как там твой арестант? С ним всё в порядке?

Эвар выглянул в салон, и тотчас на героя событий встревоженно устремились пять пар глаз.

— Ну что, Жерар, милый? — спросила Мадлен. Эвар успокоительно улыбнулся:

— Всё в порядке, ещё немного, и прибываем на Лютецию! Нам навстречу выслан эскорт под командованием маршала Бордо!

Премьер-министр недовольно скривился:

— Господин Ларм, это некрасиво с вашей стороны! Я рассчитывал, что вы меня отпустите ещё на Марселии!

— Вы неблагодарны, ваше превосходительство. Сегодня я дважды спас вас от покушений. Кстати, вы так и не сказали, кого подозреваете в их организации.

— И не скажу! — упрямо заявил глава правительства. — Я не уверен, что это он! В таких случаях, скорее всего, виноват тот, на кого меньше всего подозрений!

— Меньше всего подозрений на вас самого, — хмыкнул Эвар. — Так что, вы самоубийца?

Премьер-министр недовольно отвернулся, помолчал немного и спросил:

— Теперь вы можете меня развязать?

— Сожалею, нет. Развяжу вас, когда прибудем на место. А то как бы вы не наделали глупости.

— Что я могу сделать один, в двух шагах от вашего Совета? — страдальчески возопил премьер-министр. Не отвечая, Эвар вернулся в рубку и обратился к маршалу:

— Да, он в порядке. Я бы даже сказал — чересчур.

— А почему ты не здороваешься? — хмыкнул маршал.

— Что ты имеешь в виду? — растерялся Эвар.

— На радар посмотри!

Оказалось, что из пяти истребителей эскорта один находится рядом с Эваром, а четыре других унеслись за англами.

— Жан, так ты меня сопровождаешь?

— Точно! — ухмыльнулся главный путчист. — Через десять минут тебе садиться на Лютецию, готовься!

Эвар кивнул, вздохнул и сосредоточился на показаниях приборов. Умный автопилот сам вёл машину на посадку, и пилоту практически ничего делать не оставалось. Истребитель маршала летел немного сзади, видимо, подстраховывал от нежелательных сюрпризов. Вот и космодром… Шасси мягко касается посадочной полосы, корабль тормозит… Всё, приехали. Эвар прошёл в салон и улыбнулся жене:

— С приездом, милая! Наконец-то мы вдали от всей политической грязи, которая норовила прицепиться к нам!

Мадлен громко рассмеялась, отчего Пьер посмотрел на маму удивлённо.

— Любимый мой! Ведь точно так же мы рассуждали совсем недавно, когда вернулись к себе домой на Марселию!

Эвар смутился. В самом деле — сбежали домой от политических дрязг, а они последовали туда. Видно, такова судьба. Он вздохнул, поцеловал сначала жену, затем Клару и Пьера и сказал:

— Милая, ты права, но я надеюсь, что на этот раз всё будет хорошо. Пойдём наружу!

Эвар развязал пленника, и вся компания неторопливо вышла из звездолёта. Тут же выяснилось, что их встречает добрая половина мятежного Совета. Маршал уже благополучно приземлился и, сняв с себя гермошлем, стоял среди встречающих. Появление из звездолёта мрачного премьер-министра было встречено радостными аплодисментами. Бедняга испуганно вздрогнул и сделал было движение, словно хочет вернуться в корабль, но его уже мягко взяли за локти офицеры Службы Безопасности, один из которых был знаком Эвару по прежней работе. Февр прошёл немного вперёд и, радостно улыбаясь, протянул Эвару руку: