– Палатка, спальник, фотоаппарат, фонарь, все, все, его вещи даже пенка.

Оля закрыла лицо руками и сделала вид, что плачет. Удержаться от соблазна Вероника не смогла. Она ярко представила сцену из фильма «Ирония судьбы или с легким паром», где главному герою сообщают, что он не в Москве, а в Ленинграде, и он очень глупо и очень пьяно спрашивает: Да-а? Конечно, Вероника не была актрисой и не смогла так красиво и убедительно сыграть, но когда она заглянула в плачущее лицо Оли и как можно развязней спросила:

– Да-а?

Оля не выдержала. Она схватила первое, что попалось под руку, и стала хлыстать Веронику, готовую вот-вот надорвать живот.

– Хватит! Хватит, девочки! – Кэп схватил Олю и, повернув к себе лицом, с силой тряхнул. Успокойся!

– Как я могу успокоиться!? – закричала Оля. – Кто-то лазит по нашим вещам, а мы этого даже не видим.

– А-а, – Кэп толкнул Ольгу и, схватив Веронику поволок за собой. – Идем!

«Сейчас начнется», – подумала Вероника. Но вместо допроса Кэп притащил девушку к катамарану.

– Док! Иди сюда. Ну же, шевели ногами.

Доктор подошел к Кэпу очень тихо и осторожно.

– Ну-ка, помоги.

Кэп приподнял правый баллон и, передав его Доктору, стал наклонять судно к корме.

– Теперь ты, Москвичка. Здесь держи.

Кэп простучал дно баллона и только когда перешел на соседний, Вероника догадалась, что Кэп не ищет пробоин и порывов, а стареется разыскать предмет внутри.

– Нет здесь никакой тушенки и головы нет.

– И что из того? – спросил Доктор.

– А то и значит, если эти шутки повторятся, я задушу Москвичку.

– А почему сразу я? – Кокетливо спросила Вероника.

– Потому что Доктора я знаю не первый год, Олю, слава Богу, тоже, и пока мы с ними ходили, все было тип-топ. Но как только появилась ты….

– Что? – слишком трезво спросила Вероника. – Стали пропадать головы, и появляться банки? Так может эта тушенка из головы?

– Не зли меня, Москвичка, не зли.

Кэп направился к костру, а Вероника и Доктор еще долго не решались опустить катамаран.

– Вы думаете, что я спятил? – спросил Кэп, когда они подошли.

– Ничуть, – ответила Вероника.

– Думаете, думаете, – рассуждал Кэп, – потому что я думаю то же самое о вас. О вас всех!

Последняя фраза предназначалась Оле.

– И то, что одни шепчутся, готовя заговор, и то, что кто-то за вещами усмотреть не смог. Это все косвенное подтверждение того, что все вы меня считаете идиотом.

– Но, Кэп…. – начала, было, Оля.

– Молчать, когда говорят старшие по званию! Мне нужна дисциплина, а не ваша любовь. Полное и безоговорочное подчинение, а не вешание на шею и не шушуканье за спиной. Я долго думал.

«Еще один», – подумала Вероника.

– Долго думал и решил, вернее, понял, что не было еще походов, где мой авторитет подвергался такому вопиющему недоверию. Где бы мне вставляли палки в колеса и подкладывали свиные консервы.

– Кэп….

– Молчи, Доктор. Я знаю, что ты хочешь сказать…. Да, еще ни в одном походе мы так часто не теряли товарищей, Бог миловал, и мы их пока не теряли. Но все бывает в первый раз. Мы расслабились. Мы стали считать себя асами, непотопляемой командой, а от беспечности до беды один шаг. Будучи вашим командиром, человеком, на плечах которого лежит ответственность за всех вас, я принял решение, что с завтрашнего дня мы начнем тренировки.

– Какие тренировки? – спросила Вероника.

– Сначала теория сплава, – сказал Кэп, – затем материальная часть, а уж потом и практические занятия: посадка в катамаран, действия на сплаве, спасработы.

– Где же мы будем тренироваться? – спросил Доктор.

– А прямо здесь. Что нам реки мало?

Доктор посмотрел на Кэпа как-то затравлено.

– Что, Доктор, спросить меня о чем-то хочешь?

– Нет.

– Вот и хорошо. Дальше…. В связи с участившимися кражами на территории лагеря. С сегодняшнего дня для охраны личных вещей и снаряжения будет выставляться караул. Два человека – с отбоя и до трех ночи, от трех часов ночи и до подъема тоже два человека.

– Какая прелесть, – сказала Вероника.

– Мы с тобой дежурим с трех часов, так что можешь укладываться раньше.

– А я? – спросил Доктор.

– Доктор, а какие могут быть варианты?

Доктор не ответил. Он то ли обиделся, то ли сделал вид.

Вероника решила воспользоваться советом Кэпа и очень скоро оказалась в палатке. Ее спальник впитал достаточно много влаги и казался невероятно холодным.

– Бррр, – ежилась девушка.

«Погрел бы кто», – думала она, но твердо решила, не просить об этом Кэпа. Проклятый нос перестал дышать. Шмыгая и постоянно крутясь, Вероника не заметила, как пришел Кэп. Ей показалось, что она провалилась во тьму всего лишь на мгновение, и вот ее уже трясут за плечо.