– К чему нам в прятки играть? – укоризненно сказала она. – В номере мы одни, можете проверить. Вы ведь за буквами пришли? Знали бы вы, как я вам завидую. Буковка к буковке, и будет слово, и слово будет у вас.

– Сколько букв я могу взять? – буднично спросил я, словно речь шла о дармовом пиве.

– Обе.

– А третья?

Бабуля высморкалась в свой платочек, культурно отвернувшись.

– Вас что, плохо инструктировали? – неприятно удивилась она. – Третью-то вам искать. Ради чего вас, милый, вызывали? Предназначение свое забыли?

Я вспомнил о суперслеге, о частях внеземного оружия, о священном черепе и о солнце, вернувшемся на небо. Теперь к этому ряду добавились буквы и слово. «Вначале было Слово, и было Слово у Бога, и было Слово – Бог…» Где правда? Кому верить? И верить ли кому-нибудь вообще?

– Три буквы, три буквы, три буквы!.. – пропел я. – В русском языке много слов из трех букв, вы знаете об этом? Привести примеры?

– Например, «СОН», – ответила она на чистейшем русском и скрипуче засмеялась. – Или у джентльмена есть другой вариант?.. И я попрошу вас, – произнесла она строго. – Слово следует произносить с прописной буквы, чтобы отличить Его от простого набора звуков, которыми мы вами сотрясаем сейчас воздух. СЛО-ВО. Состоит Оно не из букв, а из Букв. Поняли разницу? Теперь о деле. Если вам понадобится в город, воспользуйтесь машиной. Другим способом покидать отель не рекомендуется, иначе опять всякая грязь поналипнет. Машина, о которой я говорю…

– Накрыта «зонтиком», – нетерпеливо закончил я чужую мысль. – Все понятно. Вы что, уходите?

Хозяйка номера уже упаковывала прибор, возвращая своей сумочке первоначальный вид. Она повернула голову:

– Ключи от автомобиля – в тумбочке возле кровати. Спуститесь в гараж на лифте, минуя холл. На брелке написаны все данные, так что не промахнетесь.

– Вам больше нечего мне сказать? – обиделся я.

Она повесила сумку себе на плечо.

– Открывать сейф, молодой человек, дело сугубо личное. Никто не имеет права вам мешать, даже я.

Она уплыла в коридор – маленькая, пухленькая и очень домашняя.

Я тщательно осмотрел тылы, прежде чем войти в спальню, – меня и впрямь оставили одного! Кровать была огромной, свежей, аппетитной, впрочем, таковы были местные стандарты. И сейф был стандартный, из тех, какие имелись в каждом номере отеля. Располагался он во встроенном платяном шкафу, на месте одной из полок. Я ввел в сторожевую систему сейфа: «Your old Micky Mouse», что означало в переводе с английского: «Ваш старый Микки Маус». Именно так назывался бар в Мирза-Чарле, где мы со Странником имели счастье завязать наше знакомство. Вот только случилось это даже не в прошлой – в позапрошлой жизни…

«Наверное, это очень скучно – все знать», – пожалел как-то дурак мыслителя. (Голый мыслитель лежал на столе прозекторской, а дурак был паталогоанатомом.) Я все знал. Сегодня – я все знал. Я стоял на сцене, разъясняя людям мировой порядок вещей, а Буквы в моих руках сияли, как звезды. Золотой светящийся жгут, излучаемый одной звездой, уходил вниз, к центру Земли; вторая, выпустив сноп зеленых игл, словно на стропах парашюта удерживала Небо надо мной.

Как выяснилось, на самом деле это было очень весело – все знать. Взять, к примеру… ну, скажем, Будущее. Что может быть проще? Будущее – оно как Настоящее, только лучше. Будущее – это когда ничего не меняется в принципе. Появляется несколько крупных новинок в области науки и техники, которые по пальцам можно пересчитать, а быт остается прежним. Подотритесь – вы, прыщавые нигилисты, грозно бряцающие дорогостоящим интеллектом, уверенные, что в мире Будущего изменится буквально все, вплоть до самых мелких мелкостей. Ваши штаны полны несбывшихся прогнозов. Быт вечен, это нам и нравится. Кому? Нам, нормальным людям. Зрителям, слушателям и, не побоюсь этого слова, читателям. «Такое Будущее означает всего лишь конец прогресса!» – кричат мне из партера. Ну и что? Я хохочу. Кому он нужен, этот ваш прогресс, вставший вертикально, как вагон поезда в эпицентре крупной катастрофы. Технологическая мясорубка, которая меняет человека через быт, еще не прогресс. Долой! Пусть будут коттеджи, прямоугольные двери и потертые ковры на полах. А также столы, стулья, ложки, телефоны, штаны и юбки. И книги. Без книг нам никак, факт. Пусть останутся утилизаторы, радиофоны и стереовизоры – этих удобств вполне хватит. И, пожалуй, ароматический бензин… Что еще нужно для долгой счастливой жизни? Добавим кабинки нуль-Т и сказочные летательные аппараты. Феерическая картина: на площадь Красной Звезды садятся не грязные вертолеты, а чистенькие бесшумные флаеры, птерокары и глайдеры. Памятники Строгову – по всей Земле. В Мировом Совете вымерли все юристы и экономисты, их кресла заняли врачи и учителя. С простыми распространенными фамилиями – вроде Сидорова. И пусть человек распространяет свой простой и понятный быт в Космос, чтобы Космос был таким же простым и понятным, очень человеческим, а вовсе не таким, каков он на самом деле… Остановись, мгновение, ты прекрасно. Ничего больше не нужно. Мы отлично обойдемся без электронных блокнотов, клишеграфов, пневмотележек, летучих абсорбентов и гелиочувствительных чернил. Долой словесный мусор! И уж, конечно, никаких вам «зонтиков» или Z-локаторов – замри, прогресс на потребу спецслужбам! Вернемся в прошлое. Никаких вакуум-арбалетов, плазменных сгущателей и прочих спецчудес. Из оружия – только скорчеры. Или скорчеры – тоже лишнее?

И вообще, может быть я не прав в главном, подумал я, осторожно спускаясь со сцены. Ступеньки были устрашающе круты. Буду ли в этом мире я? В мире, который виден так ясно и отчетливо – найдется ли мне место?.. Почему бы нет. Герой Иван трижды крутанулся, да и стал каким-нибудь Ивановским. Впрочем, это нескромно. Ростиславским? Гм. Ладно, фамилия не так уж важна, важнее имя… Ив Ан. Дим Дим. Биг Баг… Так что я прав! Пусть я буду прав, решил я – и споткнулся, все-таки споткнулся. Люди склонились надо мной. Как я радовался, заглянув в их лица – в счастливые лица свободных людей. Как же я радовался, когда… когда очнулся…

Я нашел себя на ковре.

Что-то случилось. За окном по-прежнему была ночь, а в груди моей было уже утро – ясное утро завтрашнего дня. Что-то странное случилось, но меня это совершенно не пугало. Только что я вскрывал чужой сейф, только что запускал туда свои лапы – и вот… Радость наполняла грудь. Кружили в голове сумасбродные мысли: вроде той, что к спальне должна прилагаться ласковая, все понимающая хозяйка. Я вспомнил давешнюю старушку и расхохотался в голос… Нет, смеяться не было сил. Не было сил даже руку к глазам поднести, чтобы взглянуть на часы.