– Прости, - сказала Эмма, когда машина завелась. Они ехали на протяжении нескольких часов, пока ее руки не начали болеть из-за того, что она крепко сжимала руль.

Кристина вздохнула.

– Ты собираешься рассказать мне о том, что тебя беспокоит?

Эмма поменяла позу. Она была одета в спортивную куртку, хотя в машине было жарко. Она испытывала зуд по всей коже.

– Мне очень, очень жаль, Тина, - сказала она. – Я не думала… Мне не следовало просить тебя прикрыть меня, когда я пошла на пересечение лей-линий. Это было нечестно.

Кристина на мгновение замолчала.

– Я бы сделала это, - сказала она. – Если бы ты мне сказала для чего.

У Эммы запершило в горле.

– Я не привыкла доверять людям, но мне следовало довериться тебе. Когда ты уйдешь, я не знаю, что буду делать. Думаю, я буду ужасно скучать по тебе.

Кристина улыбнулась ей.

– Приходи к Д.Ф., - сказала она. – Смотри, как мы здесь это делаем. Ты можешь потратить свой год для путешествия в моем городе, - она сделала паузу. – Я простила тебя, кстати.

Эмма почувствовала облечение.

– Мне бы хотелось поехать в Мексику, - сказала она. – И Джулиану тоже… - она замолчала. Большая часть людей проводят свой год путешествий с парабатаями. Но мысль о Джулиане причинила ей резкую и острую боль, как укол иголкой.

– Ты собираешься рассказать мне о том, что тебя беспокоит? – спросила Кристина.

– Нет, - сказала Эмма.

– Отлично. Тогда поверни налево на Энтраду, - сказала Кристина.

– Это подобно тому, как будто ты имеешь сверхъестественный GPS, - заметила Эмма. Она видела, как Кристина хмурилась, глядя на карту.

– Мы держим курс к Санта-Монике, - сказала Кристина, отмечая пальцем вдоль карты. – Спустимся к Седьмой.

– Стерлинг – идиот, - сказала Эмма. – Он знает, что кто-то пытается его убить. Он не должен блуждать по городу.

– Вероятно, он думает, что даже его дом небезопасен, - резонно сказала Кристина. – Я имею в виду, я могу схватить его там.

– Правильно, - сказала Эмма. Она не могла перестать беспокоиться о прорехе на ее колене. Воспоминания о Джулиане на пляже и его словах стояли перед глазами. Она позволила мыслям пройти сквозь себя. Когда придет время, она должна их развеять и сосредоточиться на борьбе.

– И, конечно же, там же водятся огромные кролики, - сказала Кристина.

– Что? – Эмма вернулась в реальность.

– Я говорила тебе на протяжении трех минут. В каких облаках ты витаешь, Эмма?

– Я спала с Джулианом, - сказала Эмма.

Кристина вскрикнула. Потом она прикрыла ладошками рот и уставилась на Эмму, словно та сказала, что в машине заложена бомба, которая вот-вот взорвётся.

– Ты слышала то, что я сказала? – спросила Эмма.

– Да, - сказала Кристина, убирая ладони от лица. – Ты спала с Джулианом Блэкторном.

Эмма тяжело выдохнула. В словах Кристины было нечто такое, что просто убивало ее.

– Я думала, ты не собиралась говорить, что тебя на самом деле мучает, – сказала Кристина.

– Я передумала.

– Почему?

Они проезжали мимо площадок с пальмами и домами с красивой отделкой, расположенных на этой улице. Эмма знала, что вела машину на слишком большой скорости, но ей было плевать.

– Я имею в виду… Я была в океане, а он вытащил меня из воды, и всё вышло из-под контроля…

– Нет, - сказала Кристина. – Я не о том, почему ты сделала это, а о том, почему ты решила всё-таки рассказать мне.

– Просто я – ужасный лжец, - сказала Эмма. – Ты бы догадалась, если бы я солгала.

– Может, да. Может, нет, - Кристина сделала глубокий вздох. – Думаю, я должна задать действительно важный вопрос. Ты любишь его?

Эмма ничего не ответила. Она продолжала смотреть на дорогу. Солнце было подобно огненному оранжевому шару, опускающемуся на западе. Кристина выдохнула.

– Ты любишь его.

– Я не говорила этого.

– Все написано на твоем лице, - сказала Кристина. – Я знаю, как оно должно выглядеть в таких случаях, - сказала она грустно.

– Я не хочу жалости, Тина, - сказала Эмма. – Пожалуйста, не надо.

– Мне просто страшно за тебя. Есть закон и он суров.

– Для меня это не имеет значения, - сказала Эмма, в ее голосе был оттенок горечи. – Он не любит меня. Нет ничего незаконного в том, чтобы безответно любить своего парабатая, так что не волнуйся.