– Ладно, так в чем проблема?
– переспросила Клэри.

– У Изабель аллергия на тюльпаны, - сказал голос из тени. Клэри вздрогнула. Алек Лайтвуд сидел в кресле на дальнем конце стола, одетый в не заправленную белую рубашку поверх черных брюк. Он держал в руках точно такой же желтый тюльпан и обрывал его лепестки.
– Беатрис, я могу поговорить с Клэри наедине хотя бы секунду?

Беатрис кивнула, на ее лице читалось облегчение передать проблему кому-то другому, и выскользнула из комнаты.

– Что случилось, Алек?
– спросила Клэри, делая шаг к нему.
– Почему ты здесь, а не с остальными?

– Моя мать сказала мне, что Консул может нагрянуть, - сказал он мрачно.

Клэри уставилась на него с недоумением.
– И?
– спросила она. Это не выглядело так, будто Алек был разыскиваемым преступником.

– Ты же знаешь о Рафе, верно?
– сказал он.
– Я имею в виду, все детали.

Клэри сомневалась. Несколько месяцев назад, Алек был послан в Буэнос-Айрес, чтобы следить за рядом вампирских атак. Во время пребывания там, он нашел пятилетнего мальчика - Сумеречного охотника, пережившего нападение на Буэнос-Айресский Институт во время Темной войны. Он и Магнус телепортировались туда и обратно, из Аргентины в Нью-Йорк, снова и снова, не рассказывая никому о том, что они делали, пока в один прекрасный день они не появились в Нью-Йорке с худым мальчиком, чьи глаза были широко раскрыты. Они объявили, что усыновляют его, что он будет их вторым ребенком. Братом Макса.

Они назвали его Рафаэль Сантьяго Лайтвуд.

– Когда я впервые увидел Рафа, он жил на улице и голодал, - сказал Алек.
– Он воровал еду у примитивных, ему снились кошмары, потому что у него было Видение и он видел монстров.
– Алек закусил губу.
– Дело в том, что они позволили нам усыновить Макса, потому что он нежить. Никто не хотел его брать. Никто не позаботился бы о нем. Но Раф — Сумеречный охотник, а Магнус — нет. Я не знаю, что Совет будет думать о воспитании нефилима нежитью, особенно, когда они отчаянно пытаются пополнить ряды Сумеречных охотников.

– Алек, - сказала Клэри твердо.
– Они не заберут у тебя Рафа. Мы им не позволим.

– Я не позволю им, - сказал Алек.
– Я бы их всех убил сначала. Но это было бы неловко и испортило бы вечеринку.

В голове у Клэри возник краткий, но яркий, мысленный образ Алека, стреляющего в гостей вечеринки из лука, в то время как Магнус выплеснул бы на них весь свой магический огонь. Она вздохнула.
– Есть ли у вас основания думать о том, что они заберут Рафа? Не было никаких признаков, каких-либо жалоб от Совета?

Алек покачал головой.
– Нет. Это просто... ну ты же знаешь этот Совет. Во время Холодного мира они находятся в постоянном страхе, они нервничают все время. И хотя сейчас в Совете есть нежить, они им не доверяют. Иногда я думаю, что до Темной войны было даже лучше, чем сейчас.

– Я не буду говорить, что ты не прав, - сказала Клэри.
– Но я могу что-то подсказать?

– Это был отравленный пунш[34]?
– Алек спросил с тревожным нетерпением.

– Нет, - сказала Клэри.
– Я просто хотела сказать, что вам не стоит беспокоиться.

Алек выглядел озадаченным. Психологические термины примитивных всегда сложно воспринимались Сумеречными охотниками.

– Ты действительно волнуешься, потому что иметь ребенка это большое дело, и это было неожиданно, - сказала Клэри.
– Но Макс был ... слишком внезапным. И вы с Магнусом замечательные родители. Вы так сильно любите друг друга, и это создает намного больше любви, чем можете дать. Вы никогда не должны волноваться, что вашей любви не хватит на столько детей, сколько вы хотели бы иметь.

Глаза Алека сверкнули на мгновение ярко-синим под угольно-черными ресницами. Он встал и подошел к Клэри, стоявшей у двери.
– Мудрая девушка, - сказал он.

– Ты не всегда так считал.

– Нет, я думал, ты - вредитель, но теперь я знаю тебя лучше.
– Он оставил свой поцелуй на макушке и вышел за дверь, все еще держа его тюльпан.

– Выброси его, прежде чем вернуться в музыкальный зал!
– сказала Клэри ему вслед, воображая Изабель лежащей на полу с жуткой аллергией.

Она вздохнула и уставилась на тюльпаны. Она полагала, что они могли бы устроить вечеринку без цветов.

Раздался стук в дверь. Девушка в лоскутном шелковом платье с длинными каштановыми косами выглянула из-за нее. Это была Ребекка, сестра Саймона.
– Я могу войти?
– спросила она, открывая дверь.
– Эй, сколько тюльпанов!

– У Изабель аллергия на тюльпаны, - сказала Клэри угрюмо.
– Судя по всему.

– Облом, - сказала Ребекка.
– Можем ли мы поговорить?

Клэри кивнула.
– Конечно, почему нет?