Дели, была полностью согласна.

Лар открыл тяжелую дверь кабинета и прошел, ведя невесту за руку.

— Отец, тебе надо знать, что леди Корделия согласилась выйти за меня замуж. Позавчера в доме Алисы я сделал при всех ей предложение и она ответила согласием, — при этих словах Лара, Дели залилась нежным румянцем.

— Рад за вас, дети, — Тентар обнял сына и поцеловал его невесту. — Если это не только дань политики, но и в вас есть чувства, то рад вдвойне! — Он обратился к Корделии: — Корделия…

— Дели, — поправила его девушка.

— Дели, — вождь назвал ее домашним именем, — сказали ли вы отцу о состоявшейся помолвке?

— Нет еще, милорд, пока не успела, но сегодня обязательно сообщу.

— И попроси его прибыть ко мне — надо назначить день свадьбы.

Девушка сделала легкий реверанс и молодые ветры вышли из кабинета.

— Ну, вот, Дели, мы жених и невеста, — срывающимся от волнения голосом прошептал Лар. — Могу ли я, на правах жениха, поцеловать свою невесту?

Корделия уткнулась лбом в грудь жениху. Лар взял ее милое личико в ладони и осторожно поцеловал уголки губ, потом обнял и крепко прижался своими губами к губам девушки. Оторвавшись от нее, он спросил:

— Надеюсь, что теперь могу целовать тебя тогда, когда хочу?

— У тебя есть на это право, — улыбнулась в ответ Дели и они, взявшись за руки, пошли в его покои.

Братья оставили за себя разгуливать по покоям и окрестностям замка фантомы и под пологом невидимости улетели в избушку.

Вся компания прилетела в сумерках. Я спала в гостиной, сидя за столом, а голова на руке, положенной на столешницу. Ветры шумно вошли в гостиную, но Золтан сделал жест рукой и все замолчали. Он подошел и погладил меня по голове. Поднялв голову, увидела — все в сборе.

— Ребята, — довольно произнесла, увидев всех ветров. — Что нового? Есть будете?

— Начнем со второго вопроса, — потер ладошки Пэт. — Что будем есть?

— На ужин жареная курица с овощами, — мы с Дели быстро расставили тарелки на стол.

Через минуту все сидели вокруг стола и вкусно уплетали то, что я наготовила.

— У и вкушно ты готовишь, — похвалил меня Ри с набитым ртом.

— Угу, — подтвердил Лар.

— Мне, наверное, надо тоже учиться готовить, — высказалась Дели.

— Иногда может понадобиться, — согласился Лар.

С ужином управились быстро, а потом мы пили ароматный травяной чай — черный у меня закончился. После ужина все пошли в спальню и расселись, кто на ковер возле горящего камина, кто на кровати.

— Теперь рассказывайте, что нового сегодня накопали про меня?

— Отец подал в Совет вождей предложение о торговле с людьми и возможности браков, — начал Золтан.

— А еще надо выяснить один вопрос о твоей матери и отце. Есть одно предположение, но его надо проверить. Этим может заняться Микки, если ты согласна пройти еще одно слияние, кстати, он еще здесь? — Ларитан был серьезен, как никогда.

— Недавно улетел. Надо позвать, — я закрыла глаза и мысленно закричала: «Микки-и!» — Чувствую, что это поможет нам узнать что-то новое, — и с тяжелым вздохом согласилась. Мне еще помнилось прошлое слияние. — Ну, когда сливаться будем?

— Сейчас позовем Микки и он должен через тебя войти в воспоминания твоей матери, — объяснил Лар. — Сегодня можешь не бояться — мы будем рядом.

В гостиной взвился вихрь и появился профессор.

— Что у нас плохого? — И, глядя на меня, недовольно пробормотал: — И нечего так орать мне в мозг!

— Он меня научил звать его мысленно, — мой голос едва не мурлакал от гордости за себя любимую.

У всех брови поползли вверх. Мне иногда кажется, что со времени нашего знакомства их брови всегда посреди лба. Могли бы там и оставаться.

— Попробуй через Алису войти в воспоминания ее матери, — попросил Ларитан. — Сможешь?

— Сложно, — почесал он переносицу под очками, — но можно попробовать.

Все расселись на кровать так, чтобы можно было оказаться напротив друг друга. Микки взял меня за руки, я вновь тонула в его золотисто-карих глазах…

В голове стали появляться новые картинки, которых раньше не видела. Появилась красивая хрупкая молодая женщина на сносях. Вид ее любому другому человеку в городе показался бы странным: длинное платье покроя конца девятнадцатого века. Рядом с ней стоял высокий красивый мужчина с каштановыми волосами, в бархатном расшитом камзоле, таких же бриджах и белоснежной рубашке. Он что-то громко доказывал женщине, гладя ее по волосам, но ей было не до того. Видимо, сильно болела поясница и она ее все время терла ладонью…