— Как это у тебя получилось?

— Решила попробовать обратить свою дурную силушку на благо нас и представила, что мои нити обвивают кастрюлю и сами нагреваются. Видимо в это время они и нагрели ее до кипячения, — постаралась я объяснить свои действия. — И у меня получилось.

— Я такое не умею, а ты, просто захотела и получилось. Невероятно! — Совершенно обалдевшая от моих способностей девушка плюхнулась на табуретку.

В это время вихрями в гостиной появились братья и профессор. Посмотрев на нас, Лар с прищуром спросил:

— Что случилось, пока нас не было полчаса?

— Она, — Дели ткнула в меня пальцем, — за три минуты довела до кипения воду в полуведерной кастрюле с картошкой, — словно не веря в происходящее, покачала головой и принялась расставлять тарелки.

У парней брови полезли к кромке волос и обещали там и остаться.

— Мда… Нам, наверное, пора прекращать удивляться твоим возможностям… — заметил Лар.

— Надо изучить… — добавил Микки.

— Хорошо, что поняла — силой надо пользоваться аккуратно, а твоей силой и подавно, — Золтан обнял меня за плечи и поцеловал в макушку.

Я посмотрела на пол — там остались лежать не убранные осколки двери. Снова прикрыла веки и направила ладони к ней, представила, как их опутывают солнечные нити и соединяют воедино какой-то странной сеткой. Нити соединялись в причудливый узор между щепками. Даже не представляла, сколько работала над тем, что сама и разрушила, но когда медленно открыла глаза, то увидела — мои друзья стоят и смотрят на совершенно целую дверь, лежащую на полу. Даже из петель вышли оставшиеся осколки и соединились с остальными. Потом перевели удивленные взгляды на меня. Все! Пробой в мозгах!

— Э-э-э… — Микки что-то хотел спросить, но вместо этого только показывал указательным пальцем на целехонькую дверь.

— Я вернула ей удобный для открывания вид, — пояснила, невинно хлопая длинными ресницами.

— Норррмально… — только и смогли произнести Лар, Ри и Пэт.

— И что ты еще можешь сделать? — Очнулся Золтан.

— Пока не знаю, — пожала плечами.

— У нас сегодня много за что можно выпить, — рассмеялся Лар, вытаскивая из большой корзины бутылки, хлеб и фрукты.

Сначала хотели посидеть за столом в гостиной, но потом решили, что на поляне будет гораздо удобней. На старом кострище запалили большой костер, сами расселись рядом за импровизированным столом — расстеленной синей скатертью. Все тарелки и продукты расставили, а в центре торжественно стояла большая тарелка с картошкой в «мундирах». Ее, горячую, брали кончиками пальцев и быстро очищали, кладя в тарелки.

— Остудить картошку? — Тихо предложила я.

Ну, вот! Снова этот взгляд! Приклелся он к ним, что ли?

— А сможешь? — Недоверчиво спросил Ри.

— Попробовать-то можно, — снова прикрыла веки и из ладоней стали выходить мои солнечные нити, сливаясь в узор над тарелкой, и я представляла, что обжигающая картошка становится холоднее и закончила, открыв глаза — Ну, что? Получилось?

— В лучшем виде, малышка! — Пэт кинулся меня обнимать. — Ты такая молодец!

Мое лицо сияло от счастья — какая молодец и по праву гордилась собой. Я поняла, как обращаться со своей силой и осталась довольна проведенными экспериментами. Парни разлили по серебряным кубкам красное вино. Мы дружно выпили до дна за счастье Лара и Дели. Долго их поздравляли, целовали и тискали. Потом еще пару раз выпили за молодых. В моей голове становилось туманнее, она старалась куда-то уплыть.

— Смотри за мной, пожалуйста, любимый, — положив голову ему на плечо, попросила я, — а то как бы чего не вышло… — Золтан придвинул меня к себе поближе и попросил:

— Ты только руками не маши, — попросил Золтан.

— Угу.

Потом мы несколько раз поднимали кубки за мои способности, за то, что нашла им применение и сама поняла, как работать с этой силой. Потом голосили какие-то песни на том языке, который они называли «общим». Дели исполнила очень красивую песню на непонятном языке. Оказалось — это язык ветров. Красивым звонким молодым голосом она выводила странные певучие слова незнакомой речи.

«Девушка любит парня, а он улетел далеко и надолго и она тоскует по нему и ждет возвращения» — перевел мне Золтан и передал ментально.

Когда песня закончилась, мы выпили за то, чтобы наши любимые не улетали от нас надолго. Этот тост поднимали не менее пяти раз. Я пела свой любимый романс про отцветшие в саду хризантемы, потом парни акапелло исполнили что-то веселое на языке ветров в ирландском стиле. Тут мои ноги сами пошли в пляс, за мной поднялись танцевать и все остальные. Мы кружились попарно, сплетясь кольцами из рук. Потом менялись партнерами под собственный хохот. Всем было весело. Хмель немного прошел и мы снова подняли бокалы за всех нас и выпили.