— Дальше сама разденешься или мне помочь? — Глаза у ветра томные-томные…

— Да сама, наверное, — но не могла пошевелить ни рукой, ни ногой.

Ветер посмотрел на такое дело и принялся сам снимать с меня сначала трусики, а потом аккуратно снял бюстгальтер. Я стояла перед самым красивым парнем на свете совершенно голая. Ну и как может не пострадать моя грязная девичья честь? Золтан смотрел на меня, как змея на дудочку, а я случайно увидела себя в боковом зеркале: голая, грязная с колтуном рыжих волос на голове…

М-да…

Меня осторожно подняли на руки и положили в, уже приготовленную, теплую воду с какими-то душистыми маслами. Мыли, аккуратно трогая, нежные руки моего золотого ветра, потом принялись приводить в порядок рыжую гриву, а я нежилась и позволяла ему делать то, что нам обоим было приятно. Наконец, меня поставили, окатили чистой водой и завернули в огромное красное полотенце, в котором получилось спрятаться всей, и отнесли на кровать. Я лежала среди мягких подушек и за все приятности, что мне после пробежки сделал ветер, готова была ему простить и буреломы, и грязь, и третье дыхание, а он лежал рядом такой родной, любимый, целовал мне пальцы, шею. Я потянулась к нему с приоткрытыми губами. Жаркое дыхание обожгло и я задохнулась от нахлынувших эмоций. Его руки залезли под полотенце и, подрагивая от возбуждения, блуждали по моему телу.

— Никакого интима, — вдруг откуда-то возник визгливый голос.

Появился Микки!

— Микки, какой интим? — Пытался оправдаться Золтан.

— Я все случайно видел сейчас!

— Да…вот… пробежаться пригласил…версты на три, и она вся устала и переляпалась, вот помылась и теперь сохнет, — глаза у ветра были че-естные.

— А чего вид соловый? — Не унимался профессор.

— Меня уговаривали не рвать его на множество маленьких пазликов, — я хитро улыбалась, глядя то на Микки, то на ветра.

— Ты решил пробежаться с ней по тропинке? — Глаза у профессора стали больше очков и намного круглее.

— Ну, да, — ветер довольно улыбался.

— И она тебя не убила?

— Ты же слышишь, что хочет порвать на кусочки и отдать братьям собирать из меня пазлы, — уже в голос хохотал Золтан.

— Как она еще помыться смогла? — Не мог отхохотаться профессор.

— Так мне пришлось самому мыть, — ветер, хохоча, упал лбом в одеяло.

В комнате взвилось еще несколько вихрей и появились братья вместе с Дели. И уставились на нас в полном непонимании.

— Не смотрите так — она по тропинке бегала вместе с Золтаном. Теперь думает как его порвать и вам отдать, — прохохотал Мики и вновь сложился пополам, но уже не один, а с братьями.

Только Дели не могла понять, что в этом смешного.

— Дели, — позвала я девушку, она подошла и присела на краешек, — ты умеешь видеть то, что могу тебе показать? — Она кивнула. — Тогда смотри. — И показала ей мою пробежку.

Оказалось, что смотрела не только Дели, но и все братья и профессор. Теперь все не просто смеялись, а ржали как кони, едва не катаясь по полу. Вот змеи! Мне сейчас самой было смешно. Сцену в купальне предусмотрительно решила придержать… И, отправив всех в гостиную, переоделась.

Обед готовили все вместе под моим чутким руководством. Парни слетали на землю и раздобыли овощей. Я решила приготовить наваристые щи. Мясо с косточкой поставили варить в большую кастрюлю, которую принесли братья из моего дома. Телятина варится не очень долго и мы принялись чистить и резать овощи. Золтану я сделала приятное — он чистил и тер свеклу. Потом мы тушили заправку для борща. Всем было интересно принимать участие и борщ у нас получился на славу. Аромат шел необыкновенный. Мы сидели за столом и с удовольствием наслаждались едой, которую сами и приготовили.

— А ты знаешь, Алиса, я просто в восторге от готовки! — Дели, довольная своей работой, уплетала красный борщ со сметаной.

— Если есть желание, могу еще что-нибудь с тобой приготовить.

— Хорошо, — согласилась девушка. — В воскресенье.

— А кто мне руки будет отмывать? — Золтан рассматривал бордовые ладошки и показывал их всем.

— Постирай мою одежду от грязи, — с прищуром предложила я со смехом.

Золтан укоризненно покачал головой.

Вечером мы остались одни. Все ветры разлетелись по своим делам. Профессор решил, что завтра ему надо попреподавать ученикам и что-то важное у него осталось недоделанным в лаборатории. На небе догорали последние лучи солнца, разливаясь багровыми и фиолетовыми облаками. Странно, что и здесь можно смотреть на облака и молчать, держась за руки, и молчать. Мы сидели на траве нашей поляны. На мне уже давно не было красного полотенца, а трикотажный костюм приятно согревал кожу. Да еще и ветер обнял меня за плечи одной рукой. О чем мы думали? Я, о том, как странно перевернулась, в один момент, моя жизнь и теперь в ней оказалось так много свободного места, что вошли и братья-ветры, и кроткая, но веселая Дели, и Микки — абсолютно бесшабашный профессор! И всем хватило места в моей душе, и в моем сердце. А еще появился потрясающий парень, которому почти тысяча лет, и я влюбилась без памяти. Но он иногда бывает такой врединой. А еще у меня появилась МАГИЯ! Теперь я умею левитировать. Интересно, о чем думает ветер?