Мне было обидно, что для них представляю лабораторную мышь! Может им не со мной интересно, а больше интерес представляет размер моей появившейся, не весть откуда, силы? Я сидела на табуретке абсолютно несчастная. Слезы сбегали в мои ладошки. Все присели на корточки вокруг меня, словно возле новогодней елки, и принялись гладить, уговаривать.

— Алиса, — Лар гладил меня по голове, — мы тебя любим, но не думай, пожалуйста, про себя, как про мышь в клетке на столе. Мы еще сами не понимаем, как тебе помочь управлять силой. Давай так сделаем: ты пока отдохнешь, а мы придумаем план учебы на лето, чтобы тебе учиться было не так долго, — Лар поднялся, похлопал Золтана по плечу. — Ты в обязательном порядке занимайся с ней физической подготовкой и медитацией. Пусть учится понемногу.

— А начать следует с блоков, — серьезно сказал Мики.

— Вот-вот, — я полностью поддерживала профессора. — Чтобы никто в голову не лез!

— Пока мы можем читать твои мысли — мы можем помогать, — старался объяснить Лар, но моя милость была непреклонна. Мне надоело копание в моей голове.

— Значит, начнем с медитаций и защитных блоков, — согласился со всеми Золтан.

— Ну, пока план учебы не намечен, учи ее всему, — махнул рукой Мики. — Она, словно чистый лист бумаги, но не опрелеленного формата, а не понятно какого размера!

— И, что я потом сделаю вот так рукой… — махнула в сторону двери в купальню, повторяя движения ветров и… деревянная тяжелая дверь разлетелась в щепки.

Этого не ожидал никто.

Снова наступила МХАТовсвкая немая сцена. Все стояли и смотрели то друга на друга, то на меня, то на разбитую дверь. Я, широко открытыми от ужаса, совершенного мной чего-то, смотрела, оглядывая то ветров, то бедолагу дверью. Сколько прошло времени, никто не знал, но, казалось, что оно вообще остановилось. Первым очнулся Микки. Он снова почесал макушку, глядя поверх очков на болтающиеся на петлях осколки, бывшие раньше дверью, задумчиво произнес:

— Ну-у, да-а-а…

В данный момент сказать что-то вразумительное было сложно. А что мне теперь делать? Руками махать нельзя. Наверное и говорить теперь надо с осторожностью, а то снова что-нибудь сломаю или кого-нибудь… Ой! Что-то мне нехорошо. Голова моя пошла кругом и я снова грохнулась на пол без чувств.

Очнулась, как обычно, на кровати. Никогда столько не падала в обмороки! Снова вокруг меня дорогие лица. У всех серьезные, сосредоточенные и недоуменные взгляды.

— Что-то мне страшно, ребята, — с тоской и страхом в глазах, попробовала улыбнуться, но получилась какая-то гримаса. — Мне, наверное, уже стоит начинать себя бояться…

— Нам тоже страшно за тебя, малышка, — сидящий рядом с подушкой Золтан, притянул меня поближе к своему боку. — То, что сейчас случилось, только обнаружило еще более возросшую в тебе силу и теперь могу сказать тебе точно, что такой мощности я еще не видел! А ты, Микки? — Он повернул голову к, стоящему рядом с ним, профессора.

Тот, как и все остальные, еще не мог прийти в себя. То чесал макушку, поправлял круглые очки на переносице.

— Никогда не видел такого феномена… — задумчиво произнес Микки. — За ТАКОЕ короткое время произошло развитие силы огромной мощности, что я в замешательстве, — он развел руки и поднял кверху тощие плечи.

Дели, Пэт и Ри смотрели на меня с удивлением. Ларитан задумчиво тер пальцами подбородок.

— Ну, не молчите…пожалуйста… — попросила, жалобно глядя в глаза друзьям.

— Мы не просто молчим, Алиса, — ответил, сосредоточенный на проблеме, Лар. — Мы пока не знаем, что с твоей силой делать. Такую мощь надо обязательно обуздать, иначе ты можешь наделать глупостей.

— Это как раз понимаю… И, наверное, не хуже вас, — и уткнулась носом в бок любимого.

Мне так казалось, что можно отгородиться от того, что росло во мне. И зачем мне столько этой силы? Золтан гладил меня по голове, успокаивая.

— Уже обед, а вам сегодня срочно начинать учиться, — Лар обнял невесту за плечи и она прильнула к нему. — Я вчера попросил руки Дели у ее отца, — он, улыбаясь, посмотрел на девушку. — Теперь официально могу ухаживать за ней, — он нежно притронулся губами к виску.

— Так это надо отметить! — Подхватили довольные Ри и Пэт и принялись обнимать брата и его, теперь уже настоящую, невесту.

К ним присоединились Микки, я и Золтан. Мы тискали их, а они стояли такие счастливые и обнимали всех вместе и по очереди.

— Надо слетать за вином, а девочки пока достанут что-нибудь из подвала, — Золтан нам с Дели подмигнул и все четыре брата и профессор исчезли.

Мы с Дели пожали в недоумении плечами и рассмеялись. Достали из подвала копченое мясо, сыры, которые делали небесные сыроделы и мясники. Картошку хорошенько промыли и поставили вариться в «мундирах» на затопленную печку. Мне стало интересно, смогу ли заставить нагреться воду в кастрюле с картошкой, и поднесла ладони к кастрюле поближе, прикрыла веки и начала представлять, как мои солнечные нити выходят из ладоней, обвивают ее и начинают светиться, заставляя нагреваться воду в кастрюле. Я стояла так минуты три-четыре и, вдруг что-то обожгло мне пальцы. Быстро раскрыла глаза и увидела, что кастрюля кипит ключом, а на меня смотрят вытаращенные глаза Дели. Она так и застыла с тарелками в руках.