Власов только открыл глаза, как сразу понял, что-то изменилось. Большое и важное. Не стало Соседа, и то место, что тот занимал все эти годы, опустело. Появилась незримая дыра внутри.

Он поднял голову вверх. "Небесный" всё ещё был среди облаков. Плыл по спирали к Земля.

"А как же я тут оказался?" - удивился Герман.

– Я вас сюда переправил.

Власов встрепенулся и повернул голову. Рядом сидел Михаил.

– Вы кричать начали. Людей пугать.

– Вы всё знали. О демоне, о вирусе, - без толики удивления проговорил он.

Ангел кивнул.

– С того момента как вы с нами связались. Демон - это не просто зло. Это ярость и заносчивость. Эти чувства кого угодно сделают слепым, вот и он думал, что его не видят и о нём не знают.

– Вы всё знали и не вмешались!
– вот тут Герман чуть не закричал.
– А если бы... А если бы я сделал то, что он хотел.

– Демон был вашей ношей, а выпустить вирус мы бы не дали. В Раю вас всё время прикрывали и остановили бы в нужный момент. Мы даже хотели, чтобы вы нам сдались, но вы бросились в бега... и справились сами. Одолеть демона человек не может, но вот отказать ему невзирая ни на что, вам хватило сил.

– А где сейчас Сосед?
– с опаской спросил Власов.
– Он всё ещё во мне?

– Нет. Он там где и должен быть.

– И что теперь?

Герман осунулся.

– Мы с вашей помощью перевернули мир с ног на голову. Но это лишь пока. Мы уйдём, и вскоре люди начнут забывать. Не все конечно. Вера многих усилится, иные - её приобретут. Но большинство слишком прагматичны. Через какой месяц будут во всю говорить, что это были массовые галлюцинации, вызванные новым доселе неизвестным природным явлением, а вскоре эту тему замнут и массы успокоятся. Настанет затишье, как после любой революции.

– Но ведь вы ещё вернётесь?
– с затаённой надеждой в голосе спросил Власов.

– А как же, - успокоил его Михаил.
– От вашего плана мы не отказываемся. Через семь лет вновь откроются врата и мы отправим новую группу.

Михаил начал таять.

– А вы, Герман, попытайтесь жить по-новому. Вас не прощают, но вам дают шанс.

Ангел исчез, а на его месте остался лежать сложенный вдвое вырванный из блокнота лист. Власов развернул его и прочитал:

"В восемь вечера, на Советской у фонтана. Кристина"