– О, конечно. Но сердце всего - именно в этом. Эти чувства стали частью того, кто разработал комнату, и частью всех ремесленников, которые над ней трудились. Вы вносите свой вклад автоматически - вдыхаете, а потом выдыхаете в дело рук своих.

– Хм. Похоже на колдовство.

– Искусство Востока. Я слышала о колдовстве, но ничего о нем не знаю.

– Я не утверждаю, что это колдовство, просто ваше объяснение звучит довольно похоже. Или, точнее сказать, ощущается довольно похоже.

– Это такое же искусство, как и волшебство, но в результате чувства становятся неотделимы от помещения. Как я уже сказала, с вами эффект сильнее, чем если бы вы были человеком, - Тетия была достаточно вежлива, чтобы не добавить "потому что у вас более слабое сознание" или что-то в том же духе.

– Вроде бы понял, - проговорил я, хотя это было не совсем так. Я и до сих пор не понимаю. Но если повезет, мне и не понадобится. Я получил ответ на тот вопрос, который хотел задать, что само по себе было поводом отпраздновать сей факт, будь у меня чем праздновать. Эх, мне бы сейчас того вина Вирры...

– Что вы знаете о вашем состоянии?
– спросил я.

– Я не совсем его понимаю. Чувствую, словно бы я умерла. Но я здесь.

– А что вы помните?

– Как я бежала.

– Куда-то или от кого-то?

– Думаю, от кого-то.

– А от кого именно?

– Не знаю.

– Что ж. Но вы не очень похожи на призрака.

– А насколько хорошо вы знакомы с призраками?

– Немного знаком. Лучше скажите вот что: чего вы хотите?

Она довольно долго молчала, затем произнесла:

– Если я мертва, то хотела бы освободиться, и тогда я вольна буду идти дальше, или обрести покой, или реинкарнироваться, как решит судьба.

– Но что же может держать вас здесь?

– Не знаю. Но это должна быть некромантия.

– Армарк, - проговорил я.

– Кто?

Вот правда, очень удручает, когда понимаешь, что убил какого-то гада до того, как узнал, сколько он на самом деле натворил, и в результате не получил от убийства должного удовлетворения. Со мной такое впервые. Ну да ладно.

– Неважно, - ответил я.
– Демон. Его больше нет. Вопрос - почему.

– Я не знаю.

– Думаю, знаю я, - сказал я.
– А еще - думаю, что знаю, почему здесь я.

– О, многие из нас этого так никогда и не узнают.

Я фыркнул.

– Я имел в виду более узкий смысл. Думаю, это сделали вы.

– Что сделала?

– Когда вы умирали - вы потянулись к Чертогам и получили помощь.

– Я этого не помню.

– Да, вы не помните, как умирали. Но думаю, вы попросили о помощи у богов, а вместо них сумели позвать Деверу.

– А кто такая Девера?

– Не божество.

– Ах так. Значит, у меня не получилось.

– Полагаю, в общем и целом получилось. А я как раз сейчас доделываю остальное.

– Я не понимаю.

– Отлично, значит, мы квиты. Расскажете мне еще кое о чем?

– Все, что угодно.

– Как выглядит проводник для вашего Дома?

– Проводник?

– Я не знаю нужного слова. Драконы запоминают книгу, чтобы знать, как ориентироваться на Дорогах Мертвых. У ястребов есть кольцо-печатка, которое действует как проводник. У джарегов - подвеска, которая действует как кольцо, а тиассы делают себе татуировку, которая работает как книга. А чем пользутся валлисты?

– А, наш ключ. Это кусок ткани, обычно окрашенный в желтый цвет, расшитый пурпурной нитью, которая показывает правильные дороги. Обычно из него сшита одежда - платье, тога, саронг.

– Он должен быть с вами, когда вы умираете, как кольцо, или его надо запомнить, как книгу?

– Эту одежду надевают, отправляясь в Водопады. По дороге нити извлекают, лишние куски ткани опадают, и в Чертоги Правосудия умерший валлиста прибывает нагим.

– И так вы устанавливали связь с Чертогами, правильно?

– Да.

– В вашей семье только один... ключ?

– Не знаю.

– Да, - проговорил я.
– Однако, полагаю, знаю я.

Она кивнула.

– Что ж. Думаю, теперь я получил все, что нужно. Спасибо за помощь.

– Удачи, - сказала Тетия.

Сейчас я специально наблюдал и успел уловить, как она чуть повернулась на стуле перед тем, как исчезнуть. Я побарабанил пальцами по столу. Хотелось найти Атранта и закончить с ним, вытрясти из него все ответы; но - нет, сперва я должен сделать кое-что еще.