— Что с тобой? — спросил Голиков.

Я молча указал пальцем на голову.

— Впредь будь осторожнее, — не удержался от нравоучения Юрка, склонился над «гадюкой», пощупал пульс и медленно выпрямился. Лицо бывшего спецназовца выражало растерянность и недоумение.

— Сдох! — виновато сказал он. — Хлипкий оказался, зараза!

— Чтоб тебя черти сожрали, Терминатор хренов! — возмутился я. — Это тебе нужно быть осторожным. Лишил нас последнего шанса! Он был единственным, из кого мы могли вытрясти необходимую информацию. Ты думаешь, те шесть зомби, которые валяются в соседней комнате, что-нибудь соображают?

Юрка выглядел как напакостивший кот.

— Ладно, — примирительно сказал он. — Ничего не поделашь! И на старуху бывает проруха! Стой! Ты ничего не слышишь?!

— Только звон в ушах! — признался я.

— В подвале кто-то зовет на помощь, надо посмотреть.

— Подожди, — остановил его я. — Давай сперва свяжем зомби. Не дай Бог, очухаются да нападут сзади!

Старательно скрутив сектантов и заткнув им кляпами рты, мы принялись искать вход в подвал. Это заняло минут десять. Поиски затруднялись отсутствием света во многих помещениях, а также различного рода хламом, о который мы то и дело спотыкались в потемках.

— Нашел! — вдруг торжествующе воскликнул Голиков. — Иди сюда!

Подойдя поближе, я увидел массивную железную дверь, снабженную висячим замком. Крики сделались слышнее. Повозившись немного с отмычкой, Юрка снял замок, отшвырнул его в сторону и толкнул рукой тяжелую дверь.

— Помогите! Уберите ее! — резанул по ушам полный боли и отчаяния голос Куракина. — Люди! Кто-нибудь!

Спотыкаясь на осклизлых ступенях, мы бегом спустились вниз и на секунду остолбенели. Взорам нашим предстала ужасная картина. В отгороженном железной решеткой закутке съежился, как побитая собака, Куракин, а рядом пускало слюни то, что еще вчера было Леной, симпатичной, кокетливой двадцатилетней девчонкой. Теперь она напоминала человека только очертаниями: вытаращенные, лишенные малейшего проблеска мысли глаза, обвисшие губы, застывшая поза. Оно, это существо, никак не реагировало на окружающее, бессмысленно уставившись на голую стену перед собой.

— Боже ты мой! — прошептал пораженный Голиков. — Что они с ней сотворили?!

— Наконец-то! Наконец-то! — запричитал бизнесмен. — Ради всего святого, вытащите меня отсюда!

Опомнившийся Юрка быстро справился с замком, и Куракин, рыдая, бросился ему на грудь.

— Они обещали сделать меня завтра таким же, — всхлипывал Владимир Николаевич. — Если я не буду работать на секту и не пройду добровольно курс зомбирования…

— Что делали сектанты с Леной? — глухо спросил Голиков, не слушая жалоб бизнесмена.

— Я толком не понял! Усадили в какое-то кресло наподобие электрического стула, надели на голову металлический шлем, били током…

В этот момент существо заурчало и принялось мочиться прямо под себя.

— Лоботомия! Ее уже не спасти, — прошептал Юрка, выхватил пистолет и, прежде чем я успел опомниться, всадил Лене пулю в лоб.

— Ты охренел?! — зарычал я, выбивая пистолет и нанося Юрке жестокий удар кулаком в лицо. Он отлетел к стене, утер ладонью разбитую губу, но драться не стал.

— Успокойся, Игорь, — печально сказал Юрка. — Это был для нее лучший выход! Если б оставалась хоть малейшая возможность вернуть девчонку в нормальное состояние, я бы последнюю рубашку с себя снял, да что там! Полжизни бы отдал. Но, к сожалению, это невозможно! У нее безвозвратно поврежден мозг, но самое страшное — другое! Бессмертная душа-то никуда не делась! Представляешь, какие кошмарные муки испытывает она, запертая в теле, уже не подвластном ее контролю?!

— Ты прав! — согласился я. — Извини!

Неожиданно Юрка уткнулся лицом в стену и зарыдал. Плечи его тряслись. Я впервые видел громилу-спецназовца в таком состоянии.

— Лена, Леночка! — еле слышно шептал он. — Бедняжка ты моя!

Наконец Голиков успокоился. Лицо его побледнело, заострилось. В глазах появился нехороший блеск.

— Ну, гуру, — прошипел он. — Ты мне за это с лихвой заплатишь!

— А тот, которому ты сломал шею, разве не он?!

— Не думаю!

— Почему?

— Маральский говорил, что ты должен знать гуру, а этого, насколько я понял, ты видел впервые.

— О ком вы говорите? — слабым голосом спросил Куракин.

— Идемте поглядим.

Мы поднялись наверх, миновали комнату, где елозили по полу связанные зомби, и остановились возле трупа «гадюки».

— Вы знаете его? — спросил я Куракина, переворачивая мертвеца на спину.

— Да, — пробормотал бизнесмен, — этот самый мучил Лену и обещал заняться мной, если гуру завтра утром не получит удовлетворительного ответа! Он член «Совета достигших»!

— Че-го?! — изумился я.

— Так называется высший орган руководства сектой «Аум Сенрикё», объяснил за Куракина Голиков. — Очевидно, здесь такая же система! Все они, сволочи, одним миром мазаны! Возглавляет секту гуру. Ему помогает шайка приспешников, она же «Совет достигших», а из остальных делают роботов. Весьма удобно!