– Ты Лунатика видел? – спросил Джеймс, с громким топотом сбежав по ступенькам в гостиную.

– С урока не видел, – Питер нервничал, а когда он нервничал, начинал присвистывать как хомяк, и это жутко бесило. – Может он заблудился в лесу?

Джеймс оглядел заполненную людьми гостиную. В кресле у камина, свернувшись калачиком, сидела Мэри. Джеймс подумал, может спросить у неё насчет Люпина? Они в последнее время вроде как сблизились. Но потом подумал, что лишний раз подходит к Мэри Макдональд не стоит.

– Лунатик заблудился в лесу? Он скорее в замке заблудится. Ладно, – отрывисто бросил он, посмотрел на часы и хлопнул Питера по спине. – У нас мало времени, если увидишь уже после нашего ухода, скажи, что он козел. Пошли.

На выходе из гостиной, Джеймс накинул на них с Питером мантию-невидимку. Он был одет в толстовку, рубашку и старые, рваные джинсы. Плечи его оттягивал рюкзак. Там лежала точно такая же одежда, свернутая неряшливым комком. Джеймс заметно нервничал, но впервые за все это время его глаза блестели здоровым блеском, а на щеках выступил румянец. В нем снова проснулась жажда приключений и он больше не походил на инфернала. Под мантией Питер превратился в крысу и влез Джеймсу на плечо, тот закутался поплотнее и побежал к лестницам.

Когда он прибежал в один из сломанных туалетов на нижнем этаже, там его уже поджидала вся команда. Снейп дернулся, когда Джеймс с грохотом распахнул дверь. Он подпирал стену в одном из дальних углов и был весь в черном, чем очень сильно напомнил одну из тех крылатых тварей, которых наслала на него утром Роксана. Разве что лицо было зеленоватым от волнения – казалось, он вот-вот блеванет. Малфой расхаживала по туалету и прятала лицо под капюшоном теплой черной толстовки, такой широкой и длинной, что Джеймсу в первую минуту показалось, что с ними какой-то мелкий пацан. Она явно психовала, пол вокруг был усеян начатыми и брошенными сигаретами. Ей явно не хотелось возвращаться в родительский дом. Или наоборот хотелось, но она старалась не подавать виду. Сириус один сохранял спокойствие и курил, прислонившись к стене у окна и подняв воротник кожаной куртки.

– Где Лунатик? – первым делом спросил он, когда Джеймс сбросил с них с Питером мантию и стряхнул с себя рюкзак.

– Я думал, здесь, – Джеймс взлохматил волосы. Питер нервно оглянулся и попятился, увидев Снейпа.

– Он должен был притащить зелье! – Сириус повысил голос. Снейп презрительно скривил губы.

– На меня не ори, я не Лунатик! – Джеймс здорово нервничал, очень сильно.

– Я мог бы принести, – протянул Снейп. – У меня тоже осталось… немного.

– Ага, когда наргл на горе свистнет, – отозвался Джеймс, смерив Снейпа взглядом. – Я тебе не доверяю, Нюниус.

Северус взбешенно сверкнул глазами, но промолчал, из чего Джеймс сделал вывод, что не зря не доверяет.

– Если он не явится через десять минут, отменяем наш план, – сказал Джеймс Питеру. – Но тогда пусть он сам заговаривает Макгонагалл зубы.

В коридоре вдруг послышались шаги – к ним кто-то бежал. А уже через минуту дверь распахнулась и в туалет вломился Ремус. Он задыхался и вид у него был такой, словно он прорывался к ним сквозь дъявольские силки.

– Где ты был? – тут же напустился на него Джеймс.

Ремус стоял, согнувшись в три погибели и держался за бок.

– Простите… я искал… зелье.

Он выпрямился. Вид у него был странный. Джеймс не мог припомнить, чтобы видел Лунатика таким беспричинно счастливым и… неряшливым. Рубашка из-под свитера – это стиль Джеймса Поттера.

– Я не видел тебя в спальне, – Джеймс нахмурился. Сириус окинул Ремуса внимательным взглядом, тонко улыбнулся чему-то и качнул головой, затягиваясь. – Чего это у тебя с лицом?

Ремус махнул рукой.

– Неважно. Вот, – он порылся в кармане и бросил Джеймсу склянку с Оборотным зельем. – Это все, что осталось с того раза. Тут где-то на час-полтора, не больше. Потом можно будет сказать, что ты лег спать. Не станет же она лезть к тебе в кровать.

Послышался кашель Бродяги.

– Сойдет, – Джеймс вырвал у себя пару волос.

Всё еще немного задыхаясь, Ремус смотрел, как Джеймс бросает свои волосы в зелье, как оно шипит, меняя цвет. Потом посмотрел на Блэка. Тот, оказывается, смотрел на него, не отрываясь всё это время, а когда Ремус поднял голову, беззвучно усмехнулся и красноречиво потрогал себя двумя пальцами по шее. Ремус спохватился, поскорее закрыл засос воротником и бросил на Бродягу упреждающий взгляд, после чего убедительно прикинулся шлангом.

– Всё, готово! – сообщил Джеймс и вручил Питеру склянку и рюкзак. Хвоста уже слегка потрясывало от волнения. – Не подведи нас, Хвостик. Сейчас весь мир висит на волоске. А нам уже пора. Нам уже пора, Малфой?

– Нам уже сто лет, как пора! – нервно выпалила она и первой толкнула дверь туалета – ни дать, ни взять гончая.

– Да. Ну всё, ни пуха, – Джеймс толкнул Ремуса в плечо, давая понять, что прокол с опозданием ему прощен, но он все еще сердится.

– Удачи! – Ремус пожал ему руку.