Шрифт:
Эта малышка, скорее всего, потеряет свою мамен.
И Трэз, наверное, потеряет Селену.
Рейдж точно знал, что все они молились о чуде, которым его одарили. И, может, именно с этим у него и были проблемы.
Почему ему повезло? Тору не повезло. Ну, да, его Брат обрел Отэм, и это благословение без меры. Но как бы он не любил женщину, он чуть не умер, потеряв Велси.
Он просто не понимал. Если только Дева-Летописеца снова вмешается, или кто-то найдет лекарство…
Почему ему с Мэри посчастливилось?
Когда его мозг застопорился на этой мысли, ему пришлось оборвать её. Он не хотел здесь свихнуться в одиночку.
Да, подумал он с иронией. Потому что намного лучше делиться подобным со своими любимыми.
Страшные времена. Жуткие.
Если Бог любит троицу… думал он, оцепеневший. То кто умрет третьим?
Глава 43
Когда Кор вышел из главной комнаты коттеджа, Лейла была готова последовать за ним на улицу и заставить его взять ее вену даже на лужайке перед домом. Но только она встала с дивана, как услышала шум… душа.
Повинуясь движению вперед, она пересекла комнату и завернула за угол, чтобы встать перед закрытой дверью в ванную комнату.
— …дерьмо… — раздалось бормотанье Кора по ту сторону двери.
— Кор?
— Оставь меня одного. Я вернусь через минуту.
Когда раздалось очередное проклятье, она повернула ручку и распахнула дверь.
Кор стоял перед раковиной, с наполовину сдернутой рубашкой. Извернувшись торсом, он пытался стянуть ее через голову… чтобы не задеть при этом пулевое ранение в боку.
— Что ты делаешь? — спросил он сквозь складки черной ткани.
Какое-то мгновение она могла лишь смотреть на его пресс, изрезанный мускулами, отбрасывавшими тени. Ниже виднелись бедренные косточки, выпиравшие под кожей, военные штаны посаженые низко, держались лишь на мышцах ног.
Он был невероятно мощным. Но, также, худым.
Встряхиваясь, она сказала:
— Я помогу тебе избавиться от рубашки.
— Я сам справлюсь, просто… — Снова извернувшись, он застонал от боли.
Игнорируя его, Лейла закрыла дверь, чтобы сохранить в комнате то небольшое тепло, что поднималось от включенного душа.
— Перестань. Ты только ранишь себя.
— Со мной все в порядке, — отрезал Кор.
Как только она коснулась его руки, он застыл как вкопанный.
— Позволь помочь тебе, — прошептала она.
Хорошие новости в том, что он собрал рубашку вокруг головы. Поэтому сейчас не мог видеть ее трясущихся рук, когда она нежно взяла ткань и потянула вверх по его рукам, открывая своему взгляду бугрившиеся мускулы торса и грудных мышц.
Дыхание рывками вырывалось из него, грудь вздымалась и опускалась в ускорявшемся ритме, пока она снимала футболку с его рук.
Массивные руки. Плотные руки, сужавшиеся у локтей и запястий, но широкие в остальных местах.
Когда с него стянули рубашку, в голове Лейлы осталась одна мысль: что он — убийца. Прирожденный убийца, чье тело отражает характер его работы.
— Подожди меня снаружи. — Он отказывался смотреть ей в глаза. — Я не возьму твою вену, будучи таким нечистым.
— Здесь ужасная рана.
Когда Лейла прикоснулась к теплой, бледной коже под ярко-красной повязкой на боку, он дернулся. Но его голос оставался сильным.
— Она заживет к заходу солнца.
— Только если ты покормишься.
В ответ он стиснул зубы — явное предложение выйти, если ей не показалось. И он дополнил жест словами:
— Если ты не выйдешь, то увидишь нечто больше, чем просто мою грудь.
— Рана на ноге еще хуже. — Она выразительно посмотрела на растущее пятно на его военных штанах.
Его руки потянулись к ширинке.
— Ну?
Словно давая ей последний шанс.
— Ну? — Она пожала плечами. — Ты серьезно думаешь, что я позволю тебе забраться в душ без помощи? Ты белый как простыня. Кровяное давление, очевидно, низкое. Ты можешь потерять сознание.
— О, да ради всего святого…
Сейчас он посмотрел на нее. И уверенно расстегнул молнию. Верхняя часть штанов спустилась вниз, застревая на бедрах.
Обнажая что-то.
И это была… эрекция.
Кор выгнул бровь.
— Можешь перестать так пялиться. Не верится, что ты наслаждаешься видом.