Кор мгновенно обернулся, обнажая клыки. Но он не нуждался в визуальном подтверждении. Только одна женщина знала об этом месте и могла приехать на машине.

— Оставьте нас, — приказал он. — Немедленно.

Когда его Шайка Ублюдков просто продолжила стоять полукругом, прикованная к этому долбанному окну, он издал львиный рык.

— Оставьте нас!

Зайфер прокашлялся.

— Кор, воистину, она аппетитная…

— И она станет последним, что ты увидишь перед смертью, если не свалишь отсюда!

Они нехотя, один за другим дематериализовались… и, когда его женщина постучала в дверь, он остался один.

Ища сил в бутылке, он крепко присосался к горлышку, потом оторвался от дивана, подошел к двери и широко распахнул ее.

Увидев его, Лейла сразу же воскликнула:

— Ты ранен!

На ее лице отразился такой шок, что он опустил взгляд на себя и свою окровавленную одежду.

— Да, похоже на то. — Забавно, сейчас, когда она стояла перед ним, он больше не чувствовал боли. — Войдешь погреться у огня?

Словно ничего не произошло. Словно она не продинамила его, когда они должны были встретиться в полночь… чтобы сообщить ему свое решение.

Но он знал ответ. Ее отсутствие все прекрасно сказало за нее… очевидно, она одумалась.

Лейла зашла внутрь, окидывая его взглядом.

— Кор, что произошло?

— Ничего. — Он закрыл их внутри. — Ты же написала, что не можешь вырваться.

— Я видела, что произошло в центре. И я должна была…

— Должна что? Приехать сюда и убедиться, не умер ли я, ведь в таком случае ты освободишься от своего обязательства? — Когда Избранная не ответила, он, рассмеявшись, вернулся к дивану. — Прости, но мне нужно сесть.

Кор чувствовал, как ее глаза следили за ним. И, без сомнений, ее острый слух уловил его стон, который он старательно попытался скрыть.

— Тебе следует отправиться к доктору.

Кор рассмеялся и сделал очередной глоток из бутылки.

— Думаешь, это требует внимания? У Братства Черного Кинжала иное отношение к ранам, чем у нас. В течение прошлых столетий у меня бывали ранения хуже, намного хуже. Это не имеет значения, все исцелится к следующей ночи.

— Когда ты кормился в последний раз?

Внезапно все его тело замерло.

— А ты предлагаешь?

Когда Лейла принялась рассматривать декор коттеджа, он снова тихо рассмеялся.

— Приму за «нет». К тому же, однажды ты уже помогла и посодействовала врагу, и всем нам хорошо известно, во что это вылилось.

— Почему ты травишь меня?

Он сделал еще один глоток.

— Потому что это я чувствую. И я ублюдок, не забыла? Ублюдок, заставивший тебя приходить ко мне ночь за ночью, в то время как ты вынашиваешь дитя другого мужчины.

— Тебе больно.

— На самом деле, сейчас, когда ты здесь, боли нет.

От его слов она замолчала на мгновение.

А потом он испытал шок, когда Лейла шагнула вперед, приближаясь к дивану… потому, подойдя, она задрала правый рукав.

— Что ты делаешь? — требовательно спросил он.

— Собираюсь дать тебе свою вену.

Она замерла перед ним. Достаточно близко, чтобы схватить ее. Достаточно близко, чтобы при желании он мог рывком усадить ее на колени. Найти груди руками, ртом.

— Тебе хуже, чем ты думаешь.

— О, да, — сказал он хрипло. — Ты права. Но ранения тут не причем.

Она протянула ему запястье.

— Тебя сбила машина Братства, ведь так?

— Чувствуешь, что обязана мне за это? Интересная смена приоритетов.

— Так не отвергай предложение.

— Я не могу понять, что тобой движет, женщина. Раньше ты не чувствовала себя комфортно из-за предательства. Что изменилось?

— Ты не напал на них сегодня ночью, ведь так? У тебя была возможность напасть на членов Братства, но вместо того, чтобы приказать своим солдатам атаковать Мэнни и Рейджа, и других Братьев, кто был в центре, ты оставил поле боя, не причинив им вреда.

Да, подумал он. Он знал, что тот фургон принадлежал Братьям.

Он уловил, что кто-то дематериализовался оттуда… и никто больше из вампирских группировок не мог позволить себе такую роскошь.

Кор выдавил улыбку.

— Ты не слышала о самосохранении? Если я был ранен так серьезно, как ты считаешь, я ушел, спасая свою жизнь.

— Чепуха. Мне известна твоя репутация. У тебя была возможность этой ночью, и ты ею не воспользовался. Более того, в течение почти целого года у тебя был шанс напасть на лагерь, и ты ничего не предпринял.