— Это старая ведьма пришла, чтобы испечь тебя в духовке, — низким голосом тихо произнес Уилл.

Френки испуганно схватила меня за руку. Предположение Уилла оказалось недалеким от истины. Мы свернули на тропинку и обнаружили Бар, которая легко подпрыгивала, размахивая руками над головой, как пловец, и издавая громкие звуки. Теперь ее волосы были окрашены в очаровательный цвет топленого масла. На Бар была яркая юбка, сшитая из разноцветных квадратных лоскутов, и полосатый джемпер. Я подумала: «Какое счастье, что сегодня Бар одета, ведь с нами Эдвард». Затем вспомнила, что Эдвард, будучи врачом, вряд ли удивился бы, увидев обнаженное женское тело, а вот Уилла пришлось бы увести отсюда.

— Осторожней, не вступите в круг! — закричала Бар, когда увидела нас. — Я праздную день летнего солнцестояния. Сегодня происходит сексуальное соитие бога Солнца с богиней Лета. Присоединяйтесь ко мне.

— Не думаю, что мы должны в этом участвовать, — начала было Прим, но Френки и Уилл уже направились к двум кучкам горящего хвороста, вокруг которых танцевала Бар.

— Я вырежу для вас дверь.

Френки осторожно переступила черту, которую нарисовала на земле Бар. Меня удивило выражение восторга на ее лице.

— А где дверь, я ее не вижу?

— Это магическая дверь, вырезанная в круге из голубого пламени. Ты не видишь ее, потому что не была инициирована. Но я вижу ее отчетливо.

— Я иду, — сказал Уилл и, высоко поднимая ноги, переступил невидимый порог.

Рут попятилась.

— Не бойся, — сказала я. — Это добрая магия. С тобой ничего не случится.

Бар хлопнула в ладони.

— А сейчас попробуйте сконцентрироваться. Мы, взявшись за руки, пойдем по часовой стрелке вокруг котла с вином, — Бар кивком указала на глиняный горшок, наполненный лиловой жидкостью, который стоял на земле между двумя кострами.

Я вспомнила, как в школе танцевала на уроках пластики.

— Положите малышку на землю, тогда Богиня поймет, что вы пришли с добром.

Титч, к нашему удивлению, не стала сопротивляться. Она спокойно улеглась на спину, сунула в рот большой палец и стала разглядывать качающиеся ветви. Хлоя и Бальтазар увидели кролика и с громким лаем помчали вдогонку. Мы выстроились гуськом.

— А теперь давайте споем в честь Великой Богини и Бога: Вот священный кубок, который вручила Богиня. Споем три раза… — руководила нами Бар.

Мы покорно затянули гимн нестройными голосами. Бар пела высоким голосом, почти визжала, затем резко переходила на глубокий грудной тембр. Мы никак не могли приноровиться. Прим пела слишком низко, Френки слишком высоко. Я с огромным трудом сдерживала смех.

— Уилл, пой, а не кричи, — сказала Прим. — Тебя слышно даже в Торчестере.

— Очень хорошо, а теперь следующая строка: Бог отправляется в плавание к далекому острову Возрождения. Эти слова поются живее. Сейчас нужно будет прыгать. Мы будем молить Бога Солнца избавить землю от всех разрушительных сил, войны, жадности и жестокости… Молитесь от всего сердца, пойте от души, прыгайте изо всех сил.

Я старательно выполняла указания Бар, но дети все равно прыгали лучше. Казалось, пышная грудь Прим провозгласила независимость. Прим с трудом удерживала ее руками.

— Замечательно. Громче, громче! — задыхаясь, кричала Бар. — Быстрее, быстрее! Пусть голоса воспарят к небесам. Прыгайте выше! А теперь поворачивайтесь вокруг своей оси и думайте о загрязнении окружающей среды и молите богиню об избавлении. Вытяните вверх руки, обнимите Солнце, а затем Луну! Запасы ядерного оружия должны исчезнуть с лица земли…

Я запуталась — было столько всего, о чем мне хотелось попросить богиню. Я энергично подпрыгивала, пела и кружилась на месте. Рядом со мной широко открывал рот, высоко подбрасывал ноги и махал над головой руками Эдвард. Он низким голосом ревел что-то о Боге Солнца и острове Возрождения. Лицо Эдварда стало багровым, глаза готовы были вылезти из орбит. Френки вертелась, как юла. Наконец голова у нее закружилась, она упала навзничь. Уилл изображал паровоз. Он надувал щеки, издавал трубные звуки и двигал согнутыми в локтях руками. Первоначальная скованность ушла. Мы старались превзойти друг друга в изобретательности. Даже Рут стала улыбаться. Она бегала по кругу на цыпочках и махала руками, как гигантская лиловая бабочка.

— Здорово! — Бар замерла на месте. Разве вы не чувствуете, как высвобождается энергия? А сейчас становитесь в круг вокруг котла, мы выпьем в честь богини.

Мы стали вокруг горшка. Я тяжело дышала. У Френки так сильно кружилась голова, что она вынуждена была прилечь. Титч не шевелилась, она продолжала смотреть на деревья, хихикать и сосать палец. Чувство радостного возбуждения охватило меня, словно я выпила бокал хорошего шампанского.

— Серотонин, — сказал Эдвард. — Физическое напряжение плюс упражнения для легких изменяют химический состав мозгового вещества. Тонизирует, не правда ли? Мы должны проделывать это почаще.