– А Вы не можете ответить?!
– выпалила женщина и посмотрела по сторонам.

От двери её палаты коридор уходил вправо и влево, и оба его конца скрывались в темноте. В противоположной стене имелись расположенные через равномерные промежутки окна, за которыми ничего не было видно.

– Дмитрий Аркадьевич?
– меж тем говорила медсестра.
– Ваша пациентка пришла в себя.
– И, положив трубку, обратилась к Татьяне: - Вернитесь в комнату. Доктор сейчас будет.

– Мне не нужен доктор! Где Ксения?

– С ней всё в порядке, - ответила девушка и потёрла лоб тыльной стороной ладони, сморщившись. Зрение Татьяны уже достаточно адаптировалось, чтобы она могла увидеть возможную причину нежелания медсестры отвечать на вопросы - измождение. Стояла глубокая ночь, и девушке приходилось бороться со сном из последних сил.

Неподалёку хлопнула дверь, раздались торопливые, но не совсем уверенные шаги. Когда доктор приблизился, Татьяна убедилась, что и он выглядит так, словно не спал двое суток.

– Вернитесь в комнату, - повторил фразу медсестры он.
– Вам ещё рано ходить.

– Не раньше, чем мне хоть кто-нибудь скажет, где Ксения!

– Ваша дочь находится в другом крыле здания. Она заболела - простуда. А Вы слишком слабы пока, потому мы её и перевели от Вас.

– Моя... дочь?
– опешила Татьяна.

– Ну да. Она нам рассказала про себя и про Вас, - кивнул доктор.
– Хотя, конечно, нам ещё очень многое неизвестно.

– Моя дочь, - повторила женщина.
– Да, конечно. Естественно.
– И встрепенулась: - Вы сказали, она заболела?

– Ничего страшного, уверяю Вас, она скоро выздоровеет. А теперь пройдёмте, - не терпящим возражения слегка раздражённым тоном приказал мужчина.

Татьяна предпочла подчиниться. Она вернулась в палату и присела на кровать.

Доктор зажёг свет, и женщина убедилась, что не ошиблась - обстановка не походила на больничную. Оклеенные не дешёвыми обоями стены, уже знакомый ей ковёр на полу, добротные деревянные кровати с резными спинками - всё это указывало как минимум на хороший санаторий.

Подвинув стул, мужчина расположился напротив неё. Ему было за пятьдесят, округлое лицо испещрено морщинами, зато волосы едва тронуты сединой. Грузная фигура говорила о сидячем образе жизни и злоупотреблением едой, а мятый халат намекал, что перед сном его владелец не переоделся, но в целом отторжения Дмитрий Аркадьевич не вызывал.

– Как Вы себя чувствуете?
– спросил он, глядя покрасневшими от недосыпания глазами на женщину и всем своим видом давая понять, что хочет услышать успокаивающий ответ и благополучно вернуться в постель.

– Слабость, а в остальном порядок, - ответила она.
– Что со мной было?

– Вы не помните?

– Смутно. После падения в слизь плёнка чистая.

Доктор удивлённо вскинул брови, а потом, догадавшись, кивнул и сказал:

– К счастью, наша команда вовремя доставила Вас сюда, и мы успели сделать переливание крови.

– Переливание?
– женщина поёжилась.
– Так всё плохо?

– Это вещество через рану на затылке проникло в Вашу кровеносную систему и могло Вас убить.

– Знаю, - мрачно промолвила она.

– Приходилось сталкиваться?
– наконец-то в голосе мужчины появились намёки на заинтересованность.

– Да. Но я не собираюсь сейчас предаваться воспоминаниям. Лучше Вы ответьте - что это за место?

Дмитрий Аркадьевич поёрзал на стуле.

– Что, это такая великая тайна?
– выжидающе посмотрела на него она.

– Это не обычная больница, как Вы, полагаю, уже заметили, - потирая лоб, произнёс он.

– Ещё бы, - согласилась женщина, окидывая взглядом комнату.

– До начала эпидемии это было закрытое учреждение.

Мужчина замолчал, похоже, не собираясь вдаваться в подробности.

– А сколько здесь людей?
– не выдержав, громко спросила Татьяна, начиная терять терпение.

– Персонал - около сотни. Плюс полтора десятка выживших, вроде Вас.

– В смысле?
– удивилась она.
– А вы, то есть, персонал, разве не такие же, как мы?

– Если Вы про естественный иммунитет к болезни, то нет, - ответил доктор и вздохнул - видимо поняв, что избежать долгого разговора не удастся.
– Но мы на заражённой территории, поэтому здание полностью ограждено от поступления воздуха снаружи, а все люди извне прошли тщательную обработку, прежде чем мы вступили с ними в непосредственный контакт.