– Ты должен знать, Майло, – проговорил Мойвин, почти перестав идти.

Агре остановился у него за спиной и терпеливо выжидал. Мне тоже пришлось задержаться, пока старик переведёт дух и поделится со мной очередным больным секретом. Проще всего было плюнуть на обречённого и двигаться дальше, но что-то удерживало меня. Руины и Империал уже расплывались за противоположным горизонтом.

– Говори, Захар.

– Перед тем, как ты прилетел на планету-тюрьму, мы с Лидией… Я поставил себе чёткую цель не следовать за тобой. – Он отбросил опустевшую флягу и сел прямо на песок. – Я даже готов был убить тебя, если ты не позволил бы мне вернуться на Землю… Понимаешь, Майло…

Исповедь не походила на очередной приступ пеклогаллюцинаций. Скорее всего, эти воспоминания – одни из немногих уцелевших и достоверных, так как засели глубоко и выветривались дольше остальных.

– Я не желал тебе смерти, но что-то тянуло меня домой, – продолжил старик и посмотрел на небо, будто мог увидеть оттуда Землю. – Но сколько я ни пытался вспомнить, что оставил там и почему – не смог.

Я посмотрел на Агре, ожидая, что тот начнёт нервничать и подгонять нас, но еретик и не думал вмешиваться. Он стоял со скрещёнными за спиной руками, а ветер шевелил ткань его халата, как тряпьё на бездвижном пугале. Я откупорил вторую флягу и протянул Мойвину. Старик недоверчиво взглянул на меня, но принял воду. Мы трое отлично понимали, что дальше тело париала не двинется, занятое им место станет его могилой. И сейчас речь шла о последнем желании обречённого. Как я мог отказать ему?

– Ты оставил там семью, Захар.

Я поведал о том, что знал. Никаких подробностей и деталей, тогда я ими пренебрёг и никогда не интересовался. А стоило. Но всё же я исполнил финальную просьбу мученика, тем самым смыв с себя неприятный налёт соучастника его бед. Мне тоже не повезло родиться на кладбище капканов, многие из которых имели обыкновение срабатывать.

– Да, все мы знавали когда-то лучшие дни, – философски закончил я свой короткий рассказ.

– Пора, Майло, – наконец, заговорил Агре.

Захар опустил голову на грудь, ссутулил плечи. Не знаю, слышал ли он мои последние слова. Не важно. Отвернувшись от старика, я сделал несколько шагов и замер. Агре, успевший было поравняться, тоже остановился и вопросительно посмотрел на меня.

– Почему ты обратился ко мне по этому имени? – спросил я. Ранее еретик называл меня Сумволем.

Лицо Агре медленно расползлось в улыбке. Так мог улыбаться только человек, втихаря задумавший неладное. Инстинктивно я приготовился к отражению атаки и ответному выпаду. Но еретик, похоже, не думал нападать.

– Ты всегда славился наблюдательностью, Трэпт, – сказал он и посмотрел вдаль. – Но твоя славная карьера рискует закончиться, если мы не прорвём этот чёртов горизонт.

Даже речь изменилась. Будто в Агре вселилась другая личность. Хотя, несомненно, настоящего Агре подменили ещё перед выходом из Руин. Возможно, многим ранее. И мотивы его бегства от оставшихся соплеменников не в желании спасти собственную шкуру, а в чём-то ином.

– Кто ты? – спросил я, а сам, не дожидаясь ответа, лихорадочно перебирал в уме возможные варианты.

Ещё один агент «Магеллана», посланный инкогнито вслед за нашей троицей, о котором не знал даже Холодов? Или еретик, копнувший так глубоко в будущее, что узнал в нём обо мне? Или пеклогаллюцинация плавящегося разума?

– Нет, нет и ещё раз нет, Майло, – насмехаясь, ответил Агре, он же чтец мыслей. – Ты предупреждал меня, что наши дела не закончены, а я сказал, что сам найду тебя, когда потребуется.

Секунда замешательства и вспышка понимания.

– Вэтло! – воскликнул я и непроизвольно сжал кулаки.

Его молчаливое согласие не оставляло сомнений в верности предположения. Недолго думая, я набросился на него и повалил на песок, случайно задев париала. Тело старика безвольно завалилось на бок, а оказавшийся подо мной еретик и не помышлял о сопротивлении. Он демонстративно раскинул руки в стороны и засмеялся. Я нанёс два мощных удара в челюсть, пустил ублюдку кровь, а он не переставал ржать. Затем накатившая волна ярости стала отступать, я занёс руку для третьего удара и оставил её в боевом положении. Надо найти подвох. Всё не то, чем кажется. В прошлую встречу он даже не дал приблизиться к себе, а сейчас позволял избивать.

– Как ты проник в эту квазиреальность? – требовательно спросил я.

Он успокоился, вытер рукавом разбитую губу и с интересом изучил кровавый отпечаток на серой ткани.

– С помощью меллиума, – невозмутимо ответил Вэтло. – Иного способа покидать Колею нет.

– Что за колея?

– То, что считается Настоящим Миром или Большой Рекой, как ты находчиво придумал.

Я опустил руку. Мордобой потерял смысл.

– Но как ты вычислил именно эту квазиреальность?

– У меня остался твой поводок, – пояснил Вэтло. – Ты посетил моё обиталище на Прайме, а всем своим гостям я оставляю метки, по которым могу легко вычислить каждого гостя. Произнеся моё имя вслух, ты подёргал за поводок. Ты искал меня и прежде, пытаясь выудить сведения у Элизиума Монахью. Потом был Криопсис. И вот я здесь.