– Ну, здравствуйте, родные просторы, – проговорил Алекс, заняв пустующее кресло второго пилота. И обратился к Захару: – Сажай птицу, парень. Только аккуратнее. Я слышал…

– Ротман, не отвлекай его! – вмешалась сидевшая позади Лидия. – Не хочется, чтобы он ошибся из-за твоей болтовни.

Алекс примирительно поднял руки:

– Всё, молчу, молчу.

Мойвин сохранял спокойствие. На самом деле, разбиться даже на полу-гражданских звездолётах вроде «Агрессора» надо ещё умудриться. Тут нужен особый талант. Едва ли ни в каждый бортовой компьютер вшивалась так называемая «защита от дурака», не позволяющая пилоту совершить потенциально смертельный манёвр. Захар же обучался не только на гражданских, но и военных судах, где такая прошивка отсутствовала. Ни разу в своей практике он не угодил в аварию, почему и считался одним из лучших. Но ключевое слово – считался.

– Переключаю систему на ручное управление, – сообщил Захар, сверяясь с курсом.

«Агрессор» плавно замедлялся, точно следуя к заданному месту посадки. Мойвин корректировал направление штурвалом. Панорама за окном мало чем отличалась от привычных земных видов, что и неудивительно. Даст-Сити относился к числу ранних поселений, основанных подразделением «Наблюдатели Лэнса». Впоследствии такие города стали оплотами Холдинга на чужих просторах, своеобразными филиалами Земли на Прайме. Единственный на всю планету офис Банка Времени функционировал именно в Даст-Сити.

– Садимся, – прокомментировал Захар за несколько секунд до мягкой посадки в огромном и пугающе пустующем космопорте.

– Здесь явно нет проблем с парковочными местами, – усмехнулась Лидия.

– Все стремятся покинуть Прайм, – сказал Ротман, покидая кресло второго пилота. – Только благодаря Порталу он продолжает существовать, но уже скорее как пересадочный центр. – Алекс похлопал Захара по плечу: – Хорошая работа, мэн.

Мойвин отключил все системы и вальяжно раскинулся в кресле. Помимо чувства удовлетворения от успешно выполненного манёвра он ощущал некоторое опустошение. Он отлично понимал, что управлять звездолётом ему довелось из-за форс-мажора, и теперь неясно, когда такая возможность представится снова. И уж тем более субсветовиком.

В космопорте их ожидали сотрудники Банка. Мойвин шёл первым. Поначалу Захару показалось, что встречать их отрядили целый отдел, но потом понял, что трое из пяти были техниками и пришли проверить судно.

– Обошлось без происшествий? – спросил один из них, с тонким хвостом и усами. – А где Трэпт?

– Он прибудет другим рейсом, – ответил Мойвин, спускаясь по трапу.

Усач застыл в недоумении, но Захар уже умчался вниз. Там стояли двое в костюмах и с красными галстуками. Высокий и крепыш – так их в первое же мгновение окрестил для себя Захар.

– Добро пожаловать, я агент Тиррел, – представился высокий и указал на крепыша: – А это агент Леви. Мистер Козински ждёт вас.

Сотрудники Банка доставили свидетелей в офис корпорации на служебном аэрокаре. Леви расположился на водительском месте и пытался задавать вопросы, которые постоянно пресекал его коллега Тиррел. Захар и Лидия и без того предпочитали молчать, Алекс же оказался единственным разговорчивым пассажиром, но, к несчастью любопытного агента Леви, о перипетиях приключений на планете-курорте Ротман почти ничего не знал сверх того, что ему рассказали.

Когда они прибыли в резиденцию Банка Времени, Мойвин понял, что рабочий день давно закончился, и в здании оставались лишь заядлые трудоголики-карьеристы и их непосредственный начальник. Кабинет Козински располагался на третьем этаже. Тиррел сопроводил свидетелей до порога, постучал и, дождавшись ответа, сказал стоявшему ближе всех Мойвину:

– Входите.

Козински сидел на кожаном диване с пустым бокалом в руке и казался отрешённым от реальности. На вошедших в первые мгновения он не обращал никакого внимания. Захар грешным делом подумал, что шеф Праймовского филиала находится под действием какой-нибудь транс-ампулы. Но вскоре Мойвин понял, что причина отрешённости этого человека вовсе не в баловстве.

– Хорошо, что вы все выжили, – заговорил Козински и подлил в бокал вязкой жидкости из бутылки с незнакомым Захару дизайном. – Ваши показания могут нам очень пригодиться.

Никто не отреагировал, лишь спустя несколько секунд тишины Захар сказал:

– Да, там было жарко.

Козински кивнул, словно одобряя озвученную очевидность:

– Я был уверен, что за вами пустятся в погоню. Странно, что они этого не сделали. – Начальник филиала стянул с шеи ранее ослабленный галстук и сделал глоток. – Подход «Долгого рассвета» – тщательно подтирать следы, из-за чего нам до сих пор не удавалось прижать их к стене ни по одному из имеющихся пунктов.

Для кого был этот монолог, мысленно спросил себя Мойвин? Козински был чем-то обеспокоен и уж явно не тем обстоятельством, что конкурирующая корпорация по какой-то причине решила не преследовать сбежавших участников тропических приключений. Очевидно, даже Ротман это понял и спросил:

– Что там случилось на самом деле, дядя Боб? Дело не в учёных?

Козински подошёл к столу и начал перебирать бумаги. А в уме, скорее всего, он перебирал варианты ответа и решал, насколько глубоко можно посвящать этих троих.