Шрифт:
– Какого рода задания?
– с придыханием интересуюсь я.
– Миссии в других регионах. Возможно, сопровождение королевских особ вместе с членами Элитного отряда. Вам нужно завоевать доверие, а в этом вы явно не преуспеваете.
Я зашла в тупик в плане поиска информации. На сегодняшний день у меня есть лишь обрывки: имя женщины, работающей на кухне, неурядица с лампами и то, что сейчас сказал Эйдан. Возможно, миссия и прямая аудиенция у короля помогут мне переиграть все в мою сторону.
Только есть одно но. По бегающему взгляду Эйдана и его напряженной позе я понимаю, что мне не выиграть.
– У меня есть шансы?
– прямо спрашиваю я.
Он на секунду запинается и пожимает плечами:
– Трудно сказать. Выбор состоит из трех этапов: физическая часть, магическая и мыслительная. Если в последней вы, может, и могли бы преуспеть, то по первым двум уступаете практически всем. Но Эланис, вы можете это сделать.
Я впервые вижу Эйдана таким взволнованным. Он низко ко мне наклоняется и шепчет, а его глаза расширяются:
– Это ваш единственный шанс. Поймите, если вы не будете соответствовать их ожиданиям...они убьют вас.
Он не сказал "избавятся" или "отправят работать на кухне". Он сказал, что они убьют меня.
Впервые я начала понимать, насколько реальна опасность, угрожающая мне.
– Более того, - он прочищает горло, - исполнителям миссий дают некоторые привилегии. Они обговариваются с королем.
Как раз то, что мне нужно.
Я с трудом киваю, а затем делаю что-то, чего сама от себя не ожидала. Я провожу пальцем по шраму, который змеится от левой брови, огибает его темно-карий глаз и исчезает на щеке, как будто врастая в кожу. Эйдан вздрагивает, но не отводит от меня настойчивого взгляда.
– Это она с тобой сделала?
– тихо спрашиваю я.
Его лицо застывает, становится жестким - скулы резко выделяются, подбородок напрягается, и я чувствую его тяжелое дыхание.
– Мое прошлое запечатлено на моем лице, - произносит он, - но это не значит, что оно стоит воспоминаний.
Моя рука застывает у него на щеке. Мне так многое хочется сказать, но каждое слово застревает в горле. Я теряюсь в догадках, как женщина, которая показалась мне моим первым союзником, могла так поступить с собственным сыном. Все это наталкивает меня на определенные мысли.
Я отступаю от него и тихо произношу:
– Я все поняла. Я хочу выиграть эти испытания.
По бегающему взгляду Эйдана кажется, что он либо слишком растерян, чтобы отвечать, либо считает, что у меня нет ни малейшего шанса. Он слегка дотрагивается до моей руки и у меня начинает покалывать кожу, а его шепот обжигает мое лицо:
– Я верю в вас, Эланис.
Капитан проводит пальцами по поверхности камня, как будто проверяя ее на прочность, а затем мягко дотрагивается до моей перебинтованной раны, оставляя на белоснежных перевязках дымчатые следы. Пыль в этом месте появляется из ниоткуда, а возможно, мы все просто сбрасываем старую кожу, впиваясь в стены такими, какими когда-то были.
Глава пятнадцатая
Эланис
Везде происходят революции, отчего же не во мне?
Фредерик Бегбедер. Воспоминания необразумившегося молодого человека
За всю историю существования Ламантры не было события более бессмысленного и кровопролитного, чем Слепая война. Отец всегда говорил мне, что войны - это шахматные игры, за которые приходится слишком дорого платить. Никаких благородных мотивов или честных намерений - одни лишь просчет, жажда власти и денег.
Король Двэйн - двенадцатый правитель Лакнеса, отец Тристана, дедушка наследного принца Адриана и самый многообещающий лидер за последние несколько столетий. Говорят, нет ничего плохого в том, чтобы хотеть лучшего для себя и своих людей, пока твои благие намерения не превращаются в пороки, а за ними - в преступления. В школе меня учили, что короля Двэйна сгубили две вещи: алчность и тщеславие, но я считаю иначе. Я думаю, что Двэйна сгубила любовь. Он был фанатиком, главным поклонником своей страны, но не людей, которые в ней жили. Именно по этой причине он решил, что распределение земель было произведено незаконно и несправедливо, а посему, Лакнес претендует на часть Ближайших Земель, принадлежавших Бишопу. Его осудили все регионы, кроме одного - Стейси, где жили оба брата и три племянницы Двэйна.
Король не сомневался в том, что Лакнес исключителен из-за своей истории и достоин того, чтобы управлять всеми регионами.
"Долой Ламантру - да здравствует Лакнес!" - вот, с какими лозунгами выходили на улицы сторонники Двэйна.
В те дни Просветители сошли с ума. Просвещать начали всех в попытке собрать огромную армию безвольных людей, но бежать им было некуда. Дороги проходили либо через долины Стейси, либо через море - до сих пор ходят легенды о людях, пропавших в бескрайних водах и по приданиям поселившихся на диких островах. Стейси превратился в военную базу, куда отсылали оружие и новопросвещенных армейцев.