Резко открываю глаза. Что за бред? Ну и померещится спьяну такое! Нет, больше так пить не буду! С трудом встаю, пошатываясь, бреду, в свою казарму. Вваливаюсь в роту, лицо делаю невероятно серьёзным, пытаюсь незаметно пробраться к своей койке. Нос к носу втыкаюсь в старшего сержанта Селехова, у того округляются глаза, делаю ему пальцами козу, падаю на кровать. Хорошо! Только, кто же меня пинает? Пару раз дрыгнул ногами, не помогает. Куда меня тащат? Сквозь сон слышу, голос каптёра Мурсала Асваровича и меня накрывают, чем-то тёплым.

Снятся кошмары: оборотни, скалящие зубы, некто большой, взмахивает чёрными крыльями, неожиданно возникает встревоженное лицо Стелы, она пытается о чём-то предупредить. На смену ей, выплывают кошачьи глаза рыжеволосой красавицы: "Хватит бухать, пора заниматься делом!" - шепчут пухлые губы.

– Кирилл, просыпайся, скоро ротный с замполитом прейдет!
– врывается в мой сон голос каптёра.

Открываю глаза, как включаю свет, вижу крупное лицо каптёра: - Ну, ты даёшь, дух, - неодобрительно говорит Мурсал Асварович, - у нас деды так не нажираются.

– Не знаю таких, - я сажусь, потираю голову.- Маленько перебрал, - всё же соглашаюсь я и, пытаясь раскрыть заплывшие глаза, чтобы рассмотреть суровое лицо каптёра.

– Ждут тебя сплошняком наряды, чёрный будешь. Селехов гром и молнии мечет, боюсь и я не смогу погасить его злость. Зачем ему козу показал?

– Я?
– невероятно удивляюсь.
– Какую козу?

– Пальцами.

– Значит, заслужил, - я силюсь вспомнить минувшие события.

– Я сказал прапорщику Бондару, что ты ещё бегаешь, - хмурится каптёр.

– Классный ты парень, Мурсал, - я встаю, делаю отмашку руками.
– Побоксируем?

– Да ну тебя, - в раздражении отмахивается он.
– Это где ты так зацепился? У тебя весь воротник в крови!

Я пощупал шею, вляпался во что-то липкое, с удивлением смотрю на свои пальцы: - Действительно, кровь. Где-то я упал ... на что-то напоролся ...

– У тебя на шее два пореза, укус напоминает. Тебя собака не кусала?

– Да вроде нет, - задумался я, в голове крутятся какие-то картинки, оскаленные морды и я вспоминаю полёт, словно это я лечу, взмахивая огромными крыльями. Что за бред! Я поморщился. Пожалуй, алкоголь мне противопоказан, мерещится всякое.

Каптёр быстро обработал раны, и ловко наклеил пластырь: - До свадьбы заживёт, - хмыкнул он.

– Мурсал, отличный ты парень, а хочешь, я тебе что-то покажу?
– загадочно произношу я.

– Ну что ты хочешь показать? Ты лучше подворотничок поменяй и умойся, да не глаза замполиту не показывайся, на губе сгниёшь.

– Ты что, действительно не хочешь посмотреть, что у меня есть?

– Что там? Показывай, - фыркает Мурсал Асварович.

Вытягиваю офицерское удостоверение. Каптёр берёт, смотрит то туда, то на меня, ничего понять не может: - Что это?

– Что-что, лейтенант я!

– Как это?

– Ещё вчера не знал об этом. Институт экстерном закончил, вот и присвоили.

– Во облом будет!
– хватается за голову каптёр.

– У кого?
– не понимаю я.

– У старшего сержанта Селихова!

– Ну, не виноват я, - развожу руками.

– Блин, так отметить надо!

– О нет, наотмечался, - взбрыкиваю плечами, для меня такие дозы, явно непотребны,- сладкий стол организую.

– Фи, - кривится каптёр.

– Хорошо, один пузырь поставлю, но не больше ... ну, два, - заметив его гримасу, поправляюсь я.

– Хоть на этом спасибо, - он встаёт в стойку. Минут за десять, выгоняет из меня остатки алкоголя, сила возвращается, туман в голове рассеивается.

Дверь открывается, протискивается прапорщик Бондар. Останавливается напротив: - Понятное дело, где ещё можно лейтенанта Стрельникова найти, - гудит он, - тебя ждёт командир роты.

Быстренько меняю подворотничок, забегаю в умывальник, привожу себя в порядок, аккуратно бреюсь. Вваливается старший сержант Селехов с ефрейтором Матвеевым: - Это ты правильно, что сюда зашёл, месяц будешь гальюны драить, - с нешуточной угрозой говорит Селехов и мне показалось, ещё мгновение, и пространство разорвёт молния, до того у него суровый вид.

– Ради бога, извини меня за козу, - улыбаюсь я.

Его сбивает с толку моя уверенность: - Дух, ты не понял? Месяц, нет, два месяца будешь полировать унитазы, а затем на Северный полюс поедешь служить!

– Извини брат, по рангу не положено, - брызгаюсь одеколоном, бесцеремонно раздвигаю их руками, протискиваюсь между ними, и, чувствую спиной их опешившие взгляды, иду в кабинет командира роты, стучусь и уверенно захожу.

– Рядо ...
– по привычке начинаю доклад, но осекаюсь, - лейтенант Стрельников прибыл по вашему приказанию!