– Как знаешь, - я крайне осторожно двинулся вперёд.

Звук шагов гулко разнёсся в пространстве, непонятным образом убежал далеко вперёд, но спустя несколько минут подкрался сзади и погас у самых ног. Ощущение столь неприятное, что я непроизвольно вздрагиваю и оглядываюсь, ожидая увидеть нечто ужасное.

Катя, не замечая, что делает мне больно, вцепилась мне в бок, срывающимся голосом, импульсивно произносит: - Странное эхо ...

Неожиданно темнота с издевкой отзывается: "Странное эхо ... хо-хо-хо" - уносится звук вперёд и, неожиданно сзади чётко произносит: "Странное эхо", - и с шелестом растворяется, напоследок рассмеявшись: "Хо-хо-хо".

Катя взвизгнула и метнулась вперёд. Хватаю её за пояс: - Тихо!!!
– и началось:

"Тихо! Хо-хо-хо-хо-хо!" - с радостью откликается эхо и через несколько минут вкрадчиво спрашивает: "Хо-хо-хо?"

– Это просто эхо, - клацая зубами от страха, шепнул я Кате в самое ухо.

"О-о-о-о" - промчался стон под сводами.

Катя энергично кивнула, но в огромных глазах заплясали панические огоньки. Я поднял ладонь, намереваясь привести её в чувства, слегка шлёпнув по щекам, но она наотрез мотнула головой и стиснула зубы. Я обнял её за плечи, и, стараясь сильно не шуметь, побрели дальше.

Разговаривать расхотелось напрочь, как зомби бредём по бесконечному тоннелю, а эхо с маниакальным усердием ловит наши случайные звуки и выдаёт на свой лад. Вот Катя споткнулось, и темнота взорвалась радостной какофонией.

– Однако, - сорвалось с моих губ.

"Однако ... ко-ко-ко", - закудахтало эхо.

Спустя некоторое время эхо начало ослабевать, но на смену выползли непонятные тени. Мне показалось, что-то лохматое, с упитанного кота, стремительно проползло по своду тоннеля. Я в ужасе обернулся, но тёмное пятно растворяется, как чернильная клякса в тазике с водой.

– Что это?
– одеревеневшими губами шепнула Катя.

– Глюк словили, - я чувствую, как волосы на голове, становятся дыбом.

– Это тоже глюк?
– Катя, трясущимся пальцем, указывает на плотную тень, возникшую позади нас.

Я обомлел, ноги становятся ватными, по коже обильно заструился холодный пот, а во рту, наоборот, так пересохло, что язык показался колючим рашпилем. Мне надо сказать что-то ободряющее, но мой язык лишь оцарапал зубы. Единственное, что я смог, это крепко прижать к себе Катю. Внезапно, пятно, поколебавшись, рассыпается на множество теней и полутеней и, растворяется.

– Вот видишь, это просто глюк!
– я глупо хохотнул, размазывая пот по лицу и облечено выдохнул: - Испугалась, напарница?

– Сильно не успела ... да и рядом со мной ты ... такой смелый, - язвительно произносит она.

– Это так, - озабочено произношу я, а сам взглядом ищу какое-нибудь оружие. Увидел обломок камня, хотел его поднять, но передумал, побоялся этим в конец напугать свою девушку.

. Неожиданно по своду что-то проползает и послышался скрип коготков по каменным блокам. Катя вновь вцепилась в меня, но на этот раз я подавил в себе волну ужаса, решительно освободился от её судорожных объятий, подбираю обломок камня и сильно зажимаю в руке, едва не распарывая ладонь об острые грани.

– А это что?!
– истерично выкрикивает Катя.

– Не ори!
– я встряхиваю её как куклу.

– Кирилл, я боюсь, миленький, сделай что-нибудь!

– Успокойся и не кричи, прижмись к стене и не дёргайся, можешь даже закрыть глаза. Это какое-то насекомое, отобьёмся!
– я решительно взмахнул камнем.

Почти полуметровое пятно зависает на потолке, принимает очертания лохматого паука и деловито пускает из брюшка липкую нить, плавно скользит вниз, но у самого пола, словно в раздумье, зависает.

– Мерзость то какая!
– вырывается у меня. Более не размышляя, с силой размахиваюсь, и швыряю камень прямо в центр светящихся глаз.

Тварь от удара содрогнулась и быстро подтянулась на толстой нити к потолку.

– Катя, беги!!!
– заорал я и поволок её прочь от ужасного места.

Тоннель словно затягивает, мы несёмся в самую глубину, а ему нет конца и края, но вроде за спиной тихо. Я решился посмотреть через плечо, лучше б этого не делал. Оказывается, за нами несётся настоящая лавина из лохматых тварей, которые впопыхах наскакивают друг на друга и, попутно затевают между собой яростные схватки.

Внезапно тоннель раздваивается, но времени на размышление нет, я сворачиваю влево и, как в омут, кидаюсь в него, увлекая за собой напарницу.

Вероятно, выбор оказывается правильным, тени за спиной растворяются и даже полностью исчезает назойливое эхо.

На этот раз нас окружает тишина, такая вязкая, что любой шорох не успевает сформироваться и обволакивается словно войлоком. Вроде неплохо, но это начинает выводить из себя. Шаги звучат неестественно тихо, будто идёшь в воде, даже воздух тянется следом как тягучий кисель. Странно, но в этом мире тишины обостряются все чувства, я пытаюсь уловить любой звук, но всё тонет, словно в забитой ватой комнате, появляется подозрительность, граничащая с паранойей. Я даже стал сознательно вызвать шум, цепляя ногами каменную крошку, кашляю, а один раз, не удержался, бешено вращая глазами, посылаю кого подальше, но всё гаснет, кажется, весь мир оглох.