Шрифт:
Он обнял ее и прижал к себе. Виктория не вырывалась.
– Прости меня, любимая, - прошептал он ей на ухо, зарываясь лицом в ее волосы.
Она улыбнулась. Только сейчас она ощутила всю полноту нахлынувших восторженных чувств. Радость поглотила ее всю без остатка. Внутри все ликовало.
– Давай все забудем, - предложила она, беря его за руку, почти вцепившись в нее, лихорадочно сжимая, пытаясь прочувствовать до конца реальность происходящего и осознать, что он действительно здесь, возле нее - живой человек, а не фантом.
– Все равно ничего уже не изменить. Я рада, что ты не умер...
Он принялся покрывать ее поцелуями. Все лишнее вновь отошло на второй план. Остальной мир перестал существовать для них. Было здесь и сейчас и больше ничего.
На следующий день Виктория явилась в офис Дмитрия. Она хотела расставить все по своим местам. Мстить ему больше не хотелось. Оказывается, что все ее задумки оборачиваются против нее же. А жизнь подгоняет все так, как того хочется шутнице судьбе, а не как планирует она сама, Виктория.
Без стука она ворвалась в кабинет Дмитрия. Тот встретил ее улыбкой в тридцать два зуба и счастливым блеском в маленьких поросячьих глазках. Он сидел за столом, сложив руки на своем жирном брюхе.
– Дорогая, я как раз хотел ехать к тебе обсудить наше свадебное путешествие, - начал он, но увидев далеко недружелюбный вид своей невесты, нахмурился и с тревогой спросил: - Что случилось? У тебя такое лицо...
– А то, что никакой свадьбы не будет, - решительно заявила она.
У Дмитрия от изумления вылезли из орбит глаза.
– Как так, не будет?
– вскричал он.
– Я ничего не понимаю...
– А вот так. Я все знаю про твои подлые махинации! Ты хотел засадить моего мужа в тюрьму!
Лицо и даже лысина Дмитрия покрылись потом.
– Но откуда...?
– начал он и запнулся.
– Что, откуда я знаю?
– перебила его Виктория.
– Мой муж жив и все мне рассказал!
– Он жив?!
– изумился Дмитрий.
– Но как это возможно?
Затем немного помолчав, промямлил себе под нос, но Виктория услышала:
– Значит, эту аварию он разыграл, что бы избежать тюрьмы. Изобретательный гад.
– Оставь нас в покое!
– сказала Виктория суровым непоколебимым тоном.
– Иначе, я обещаю тебе, что не пожалею денег и закажу убийцу. Тебя убьют так же, как ты убил моего отца! Предупреждаю по-хорошему.
– Думаешь, он любит тебя?
– насмешливо спросил Дмитрий, не обращая никакого внимания на ее слова.
– Да он пожертвовал тобой ради бизнеса. Видно же было, что ты ничего не знала о его спектакле. Вот кто действительно тебя любит, так это я. Все, что я делаю, это только ради тебя.
– Ради меня?!
– в бешенстве крикнула Виктория.
– Ради меня ты губишь людей, которых я люблю?! Не говори чепухи! Мне противно это слушать! Ты сумасшедший!
– И все-таки он тебя не любит... вот увидишь.
– Я как раз вижу обратное, так что не переживай. А вот тебя я точно никогда не любила и не полюблю. Более того, всю оставшуюся жизнь буду ненавидеть и проклинать!
С этими словами Виктория резко развернулась, и громко захлопнув за собой дверь кабинета, выбежала вон.
Глава 12
1
– Зачем ты к нему ходила?
– недовольно спросил Александр, заглядывая в гардеробную.
Виктория выбирала себе наряд на вечер. Они собирались в театр.
От неожиданного резкого вопроса она вздрогнула, закусила губу и повернулась к мужу.
– Как это зачем? Сказать, что наша свадьба отменяется, - невозмутимо ответила она.
– Она не должна была и планироваться, - отрезал он.
– Тебе что так не терпелось объявить ему о моем воскрешении?
– А ты разве снова беспокоишься о своем бизнесе?
– с вызовом в голосе ответила Виктория. Слова о том, что ее променяли на бизнес, запали глубоко в подсознание и задели самолюбие.
Александр сжал кулаки.
– Я тебя спрашиваю, почему ты никогда со мной не советуешься? Я старше тебя, а значит умнее.
– Кто бы говорил, - недвусмысленно намекнула она о последних событиях.
– Я тебе могу задать встречный вопрос. Тем более, ум не зависит от возраста. Он либо есть, либо его нет.
– Это становится невыносимо, - тихо проговорил он.
– Я хотел, что бы мы уехали подальше отсюда, и что бы как можно меньше людей знало о том, что я жив. Но нет, ты уже растрезвонила обо всем по всему Питеру.