Но у Виктории был не тот характер, что бы долго зацикливаться на плохом, она была все же оптимисткой по натуре, и в самое короткое время она уже снова чувствовала себя среди богатства и роскоши как в своей тарелке, забыв о недавнем прошлом ужасном периоде своей жизни.

Они остановились в отеле ''Риц'' - любимом отеле Виктории, в самом центре Парижа, на Вандомской площади. Оттуда рукой подать до прекрасного сада Тюильри, ведущего к Лувру, а также несколько минут ходьбы до Елисейских полей и оперы Гарнье.

Их номер-люкс в золотистых тонах был обставлен в стиле Людовика XVI, напоминая собой королевские апартаменты. Полукруглые окна во всю стену, делающие комнату невероятно светлой, уютной и огромная ванная комната, отделанная мрамором - добавляли роскоши по всем параметрам идеальным апартаментам.

Виктория наслаждалась роскошью и великолепием. Единственно чего она боялась - это брачной ночи. Смешно и глупо бояться подобного, тем не менее, это было так. Так уж получилось, что в этом плане Александр был у нее первым. Ей было ужасно стыдно признаваться ему в этом. И потому тянула с этим до последнего. Да и мыслимо ли - вообще признаться! Как же она может признать, что игра ее до этого никогда не доходила? Он только посмеется над ней и сочтет глупым ребенком. Поэтому-то до последнего она так и не призналась, всячески изображая из себя богиню любви, в надежде, что он не о чем не догадается.

– Почему ты ничего мне не сказала?
– как-то обижено, с укором спросил новоявленный муж, тем не менее, еще сильнее прижимая ее к себе.

Они лежали на огромной кровати среди всеобщего золотистого блеска, немного блеклого в лучах заходящего солнца, проникающего в большие окна.

– Ты это о чем?
– спросила Виктория, хотя отлично поняла, о чем идет речь.

Она наивно округлила голубые глаза и удивленно подняла бровь. Прикинуться дурочкой ей было проще, чем честно признаться.

– Ты прекрасно понимаешь о чем я, - настойчиво произнес Александр.
– Перестань играть в свои дурацкие игры. Я теперь твой муж и ты можешь быть со мной всегда откровенна. Не терплю недомолвок.

Виктория разозлилась и сбросила его руку. Затем отстранилась от него подальше.

– А я ничего и не скрываю, - ответила она с оттенком злости в голосе.
– Чего ты пристал вообще? Вечно все портишь!

Александр с нежностью заглянул ей в глаза и улыбнулся, отчего ямочки заиграли на его щеках.

– Неужели думала, что я не пойму или буду упрекать, смеяться над тобой?
– сказал он, будто угадывая ее мысли.
– Ну, у вашего поколения сейчас и мышление! Как говорится - о времена, о нравы. Я ведь по-настоящему люблю тебя. Мне все равно на то, что было раньше. Но ведь нашла чего стесняться! Вы и впрямь все сегодня думаете, что мужчинам хочется или нравится, что бы их любимая женщина до него переспала с половиной города? Скажу сразу, для тех, кто намерен жениться, выбирая себе жену - такой опыт весьма сомнителен и совсем нежелателен. Если так случилось конечно - что поделаешь, но это не в приоритете.

– Ой, только давай не будем это обсуждать, - раздраженно ответила Виктория.
– Можно подумать вы только спите и видите, что бы жениться на скромнице-девственнице, с которой в конечном итоге будет невыносимо скучно и неинтересно. А ведь сами так и клюете на развратных баб. Разве не так? Так или иначе, но вы все предпочитаете примерной девочке стерву. Вам же самим, мужикам, не нужна такая себе хорошая девочка. Вы на них и внимания-то не обращаете. Стервозность - вот что вас всех привлекает сейчас в девушках. Скажешь не так? А сам-то в кого влюбился! Но вот что я никогда не могла понять, так это, почему вы, мужчины, безумно любя стерв, страдая и не забывая их годами, при этом почти всегда женитесь на непримечательных серых мышках. Странно как-то. Эти серые мышки ведь никакие. Видимо такую девушку вам просто-напросто легче удержать возле себя, да и она, сознавая свою непривлекательность и заурядность, будет держаться за мужчину как за спасательный круг и беспрестанно льстить вашему самолюбию и угождать каждому желанию, что вы, абсолютно все мужчины, пожалуй, кроме тебя только, просто обожаете.

Александр снова улыбнулся.

– Может и так, - задумчиво проговорил он.
– Только на развратных баб, как ты выразилась, мы разве что клюем лет так в двадцать от небольшого ума, а потом предпочитаем скорее скромницу-девственницу. На самом же деле ты все утрируешь. Есть и золотая середина. К тому же стервозность изрядно утомляет, а пустая красота, не подкрепленная умом, быстро надоедает, приедается. Что же касается так называемых хороших девочек, то мужчины не обращают на них внимания не потому, что они скучны или неинтересны. Просто-напросто за такими девушками нужно долго ухаживать, стараться заслужить их внимание, завоевывать. Они не такие доступные. Мужчинам проще приударить за такой себе доступной стервой, как ты выразилась, которая еще сама и сделает первый шаг навстречу к обольщению. Вот и получается, что достойных хороших девушек обходят вниманием, хотя они в этом даже и не виноваты. Что же касается непривлекательных серых мышек, на которых предпочитают жениться мужчины, хотя и любя стерв, то тут совсем все просто. Мужчине в качестве жены - спутницы жизни и матери его детей, нужна обычная женщина, которая сможет создать уют в доме, в который захочется возвращаться каждый вечер, а не самовлюбленная стерва-фифа, помешанная только на своей внешности и устраивающая каждый день коныки. Мужчины на самом деле любят ласковых и нежных, а не нервных и раздражительных стервозных барышень, стремящихся во всем командовать и помыкать мужчиной. И женимся мы не на серых мышках, а попросту на естественных. Кукольность и ненатуральность могут быть интересны, но только до поры до времени. Мужчины не хотят себе в жены капризную фальшивую куклу, они хотят живую женщину. Вообще страшное сейчас время. Очень жалко современных девушек, которым навязывают стервозность как стиль поведения. Хорошим же, простым девушкам - хуже всего сейчас. Тяжело не следовать моде, выжить среди всех этих акул и при этом не потерять себя. А что до того в кого я влюбился, то это уж моя дорогая - не выбирают умом. Да и стерва ты относительная, напускная.

– Как это?
– возмутилась Виктория.

– А так - просто участвуешь во всеобщем маскараде стерв.

Она рассмеялась.

– Это что еще за бред!

– Ничуть не бред, а истина. Участницы маскарада стерв попросту думают, что в современном мире не выжить искренней и доброй девушке, потому и корчат из себя стерв, считают так легче всего подцепить мужчину и заставить его выполнять свои прихоти. Попросту надевают на себя маску стервы. Это как защитная реакция против окружающего мира, который они считают враждебным и сложным. Такими ведь не рождаются, а сознательно становятся.