Тем временем, одарив Викторию белозубой насмешливой улыбкой и своими ямочками на щеках, этот Александр Римский прошел мимо них, направляясь прямо к ее отцу, стоящему с небольшой группкой людей в другом конце гостиной. У Виктории упало сердце.

– Я пошла, - решительно заявила она Кристине, беря себя в руки.
– Пойду спасать ситуацию. Я должна слышать, о чем они будут говорить и если что, вовремя перевести тему.

Подруга одобрительно кивнула, и Виктория отправилась к группке под пристальным взглядом противного типа, не спускавшего с нее глаз, а точнее, с ее фигуры, которую он нагло рассматривал. Завидев, что она направляется к ним, он усмехнулся еще шире, словно только этого и ждал, продолжая скользить взглядом по ее изумрудного цвета платью, струящемуся по фигуре.

Виктория подошла к ним, натянув на лицо голливудскую улыбку, в то время как в ней бурлили бешенство и злость.

– А вот и моя красавица!
– объявил папа, одетый в модный и дорогой костюм от Армани.
– Это она все устроила, умничка. Спасибо за отличную вечеринку, доченька! Всем очень нравится, правда?

Высокий и плотный, но еще не толстый, с редкой сединой на коричневых волосах - он выглядел моложе своих лет. Виктории было приятно с какой гордостью он хвалил ее вечеринку. Невыразимая теплота наполнила ее сердце.

Он чмокнул ее в щеку, под подтверждающие охи и ахи гостей. Конечно, все просто восхищены вечеринкой, уверяли они.

– Да не за что, папочка!
– пропела Виктория приятнейшим своим голоском.
– Лишь бы тебе нравилось. Это главное!

Она заметила, как противный тип чуть не рассмеялся, еле себя сдержав.

– Да-да, все просто идеально, - подхватила рядом стоящая с отцом мама.
– Но сколько нервов и денег нам, по правде сказать, все это стоило! Я так переживала, так переживала, думала, что ничего не успею.

Все вновь подтвердили, что она замечательно все успела и вечеринка на высоте.

– А ты меньше переживай, - с любовью и нежностью в голосе сказал папа, обнимая жену.
– Деньги и нервы - то моя забота.

На секунду Виктория залюбовалась семейной идиллией. Но затем друг вспомнила, почему вообще подошла сюда. Она метнула уничтожающий взгляд на все так же усмехающегося и не спускавшего с нее глаз Александра. На ее губах расцвела лучезарная, приветливая улыбка, но глаза с неприязнью впились в его темные и насмешливые глаза, и смотрели убийственно.

Она вдруг обратилась к отцу, кивая в сторону противного типа:

– А что это за веселый молодой человек с вами, а? Кажется, мы не знакомы. Вы ему что, анекдоты здесь рассказываете? Ему почему-то все время смешно.

Но папа ответить не успел, так как вмешался сам весельчак:

– Это все из-за вашего появления. Вы просто ослепили меня своей божественной персоной. Теперь вот все время улыбаюсь и ничего не могу с этим поделать.

Все принялись поддакивать, заваливая ее комплиментами, а Виктория растерялась и разозлилась. В его устах это звучало совсем не как комплимент, а как насмешка, чем явно и была. Он издевался над ней и точно видел насквозь. Она ясно уловила иронию в его голосе. Да что он из себя корчит?

– Александр, - представился он, протягивая ей руку для знакомства.

Но она, демонстративно игнорируя эту протянутую руку, небрежно бросила:

– Виктория. Очень приятно.

Последние слова были сказаны с особым смыслом и определенным тоном, а взгляд ему прямо говорил, как ей на самом деле ''приятно''. Но он будто не обращал внимания на ее враждебность и все продолжал усмехаться.

– У вас какие-то совместные дела?
– обратилась она к отцу, что бы заполнить наступившее неловкое молчание и побольше разузнать о враге.

– Можно и так сказать. Его компания будет делать для нас рекламу.

– А я приехал лично увидеться с клиентом, - вмешался Александр.
– Всегда так делаю.

– И это похвально. А я в свою очередь пригласил его к нам на вечеринку. Подобная обстановка всегда быстрее сближает.

– Какая же будет реклама?
– поинтересовалась Виктория.

– Зайка, давай не будем в такой день говорить о делах!
– отшутился папа.
– Я выпил - хочу петь и танцевать.

Все рассмеялись и неловкость, кажется, прошла. Но Виктория рано обрадовалась, так как папочка вдруг спросил, точно прочитав ее мысли:

– Дорогая, а где твоя машина? Что-то ее давно невидно.

Вот он, ее приговор. Сейчас ее выдадут! Она метнула взгляд на Александра, но тот молчал и только усмехался. Выдавать ее, он, видимо, и не собирался вовсе.

Она с облегчением вздохнула и как можно более спокойным и небрежным тоном ответила:

– Отвезла в сервисный центр на полировку. Мне показалось, она недостаточно блестит.

– А, тогда ладно, - кивнул папа, довольный ответом, не усмотрев в нем никакого подвоха.