Ему хотелось бы спросить, как там дела у Влада, не попала ли ему в глаз краска, ибо виноватым остаётся всё равно Костя, каково бы не было его оправдание.

12:26.

– Я отвечаю, чисто взял и кинул линейкой, ты представляешь?

Костя перебил рассказ Романа, кивая в сторону девушки, которая нравится его другу.

– Не дрейфь, -тёмноволосый подтолкнул своего приятеля именно к выходу, куда направлялась та самая Олеся. Роман неловко качнулся и оказался довольно близко к двери выхода, не зная, как реагировать и что говорить.

Русоволосый обернулся, злобно посмотрев на лучшего друга и показывая ему средний палец, а тот в свою очередь ехидно улыбался, сверкая глазами и скрещивая руки на груди. В этот момент он себя чувствовал настоящей Ларисой Гузеевой.

– Эм, это, привет, -Виленский не стал долго тупить и преградил путь Олесе, уже открыто и искренне улыбаясь, -можно тебя проводить?

– Если хочешь, -девушке было неловко находится в компании с парнем, который выше её сантиметров на тридцать, у неё создавалось впечатление, будто у него сверху даже атмосфера другая и дышится иначе.

Они вышли со школьного крыльца, Роман взял у девушки сумку, искристо улыбаясь и рассказывая свои фирменные анекдоты.

Та смущалась, хихикая на действительно смешных моментах. Погода была как по маслу: солнце греет, но не сильно, ветер веет, но он тёплый. Роману казалось, что он и правда удачливый человек, раз за день ему уже свезло оба раза.

– Ты мне…-они почти дошли до квартала, где жила девушка, и Рома не хотел упускать момент признания. Но не смог, потому что думал, что пока что очень рано, -напоминаешь одну актрису.

– Правда? Какую?

– Ума Турман, -первая, кто пришёл в голову.

– Ни фига себе!
– та громко засмеялась, кокетливо закручивая светлые пряди себе на палец и представляя себя в образе актрисы.

– Готова к вечеру?
– спросил юноша, смущённо отводя взгляд на небо, наблюдая за уходящими белыми облаками.

– Естественно, -она остановилась. Повернувшись к Роману, взяла сумку и поблагодарила его за заботу.

– Да чего уж там…-вокруг было так тихо и безлюдно, лишь частые звуки автомобилей доносились за высокими многоэтажными домами. Между ними двоими явно пробежала искра, даже не искра, а искрищище! Глаза девушки бегают из стороны в сторону, но она старается не смотреть на Романа. Тот тоже хорош: чешет затылок и хочет что-то сказать, предложить, но не может, неловкое молчание поглотило их обоих.

Тогда Олеся робко приблизилась к Роме, вставая на носочки и даря ему нежный, по истине детский поцелуй в щёку.

– Я пойду, до вечера, -девушка повернулась, быстро шагая к своему подъезду и убирая прядь волос себе за ухо. Она улыбалась. Улыбался и Роман.

– Передавай привет мистеру Слонику!
– крикнул в след Рома, тоже уходя в сторону своей улицы.

Тем временем в 12:30.

Костя переобувался около выхода школы, потуже завязывая шнурки на любимых кедах.

– Готово.

Победно улыбнувшись, он надел на спину чёрный рюкзак, в котором было всего две книжки, в связи с тем, что их отстранили от некоторых занятий. В коридоре послышался резкий шум, беготня и хохот. Костя не стал прислушиваться, ибо такое бывает часто после уроков, подумаешь.

Стоило только повернуться и сразу замереть, как на него накинулись три одиннадцатиклассника, совершенно случайно, если бы они только видели, если бы знали, что за углом стоит он…

– Одиннадцатый «Б», я вас запомнила!
– кричала в след испуганная таким балаганом техничка.

Костя боялся открыть глаза, так как думал, что его вообще раздавили и теперь он похож на раздробленного слизняка.

– Ссыкуха, -пронеслось над ухом у мальчика. Костя не помнил, как он оказался лёжа на полу, не помнил, как он ударился спиной о тот же пол. Как ни странно, он не чувствовал ни чьего веса на себе, поэтому решил открыть глаза, чтобы удостовериться, что он не умер.

Над ним навис тот самый ледяной айсберг из выпускного класса, старается отдышаться после беготни, смотрит томно, нахмурив брови и сводя их вместе. Костя ощущает на своей рубашке чужое дыхание, холодное дыхание.

– Это начинает меня раздражать, -продолжал Влад, а позади него пытались прийти в себя его одноклассники, ойкая и айкая. Его колени, казалось, железные, раз остановили весь его вес, прокатившись об твёрдый пол. Он не хотел, чтобы из-за них кто-то пострадал.

Костя шире открыл глаза, не смея ничего не предпринимать и толком не осознавая, что произошло. Он робко положил руки на уровне своей головы, первый раз, казалось бы, испуганно и смущённо так смотря.

– Тебе нравится нарываться на неприятности?
– Владислав осторожно встал, стряхивая пыль со своих колен и ладоней.