– Да не далеко, в четырёх остановках от вас, -пожал плечами Рома, почувствуя, как к языку что-то прилипло. Мешалось разговаривать, думать, да и вообще жить мешало! Дожидаясь, пока всё внимание, которое было на нём сконцентрировано, пропадёт, он приоткрыл рот и с кончика языка вытащил длинный золотистый волос.

– Вы в школу на автобусе ездите?

– Да, на автобусе, -потерянно развернулся лицом к Олесе, придерживает волосинку за конец и удивлённо смотрит на девушку. Ну, а что он хотел? Пока готовим, и не такое упадёт. Вообще можно парик целый собрать, а тут-то что — один волосик. Ирина Матвеевна наложила салату всем, поставив на треугольные большие салфетки на столе.

Рома еле сдерживался, чтобы не заржать, а хотелось из-за того, что Олеся вся покраснела, как свёкла отварная, нахмурилась и надула губы. От этого всего у юноши настроение стало просто зашкаливать, и он стал дразниться этим волосом, который девушка отдёрнула и выкинула подальше, на пол.

– Пхххвхх, -прикрывает ладонью губы, Олесе самой хочется уже смеяться. Обида стала потихоньку пропадать, ибо знала, что характер у юноши такой, посмеяться нужно и это было неплохо. Уж лучше быть весёлым, чем вечно дуться и вести себя, как бука последняя.

Пётр перевёл свой бешеный в коей степени взгляд, будто съесть готов Романа, на него же. Прищурился, пытался понять, почему эта парочка на такой задорной волне и что же их насмешило.

– Роман, на кого учиться пойдёте? Или не решили?

– На инженера, -успокоился русоволосый, положив с некой робостью и стеснением руку под столом к девушке, на внешнюю сторону бедра, а та, в свою очередь, тоже уместила аккуратную ладонь на руке Ромы. Оба улыбались остальным.

Теперь очередь ржать дошла и до Петруши. Чуть не подавился, когда услышал ответ своего «тестя», пусть и будущего. Ему казалось, этот чудила идёт куда-нибудь в театр или, может быть, воспитателем в детском саду, но никак не мог предположить, что на такую серьёзную профессию.

– Нет, нет, это, конечно, всё серьёзно, -не сдерживается, сквозь хриплый смех высказывает свою точку зрения брат, по крайней мере — пытается. Парочка смотрит на него осуждено, непонятливо, -просто я подумал, что тебе ближе большой театр, -последние два слова были произнесены саркастически, с насмешливым и протяжным тоном.

– А, не, не для Шекспировских я пьес, -они словно поменялись местами, теперь Рома смотрит с презрением на брата Олеси, а та не понимает вообще, почему они друг друга подкалывают, не понравились, что ли…

– А нам с Ромой скоро будет полгода!
– радостно заявила Олеся, приобнимая за плечо своего парня. Тот засмущался, пытается найти слова, но получаются какие-то немые движения губами. Отец, в отличии от матери, был немного эмоциональней и скуп на негативе. Не сказать, что та тоже целый вечер дулась, просто она была более серьёзней в плане будущего, окружения своей дочери.

– Вот это да! Может, в театр тогда как раз и пойдём?
– предложил Евгений Олегович, подталкивая плечом свою любимую жену, чтобы та не забывалась в размышлениях и долго не зацикливалась на очень интересной стене.

На этих словах Пётр снова засмеялся, не выдерживая и делая вид, что убирает выступающую слезинку под глазом.

– Ребята, с вами со всеми весело, но мне идти нужно, -да, мужественный был Петя, высокий и подтянутый, видно было, что на тренировки в качалку, наверное, ходит. По крайней мере — о внешнем виде не спорят. Пока его характер неизвестен, но можно точно сказать, что Петя человек коммуникабельный, подшутить любит, да и в стороне не останется.

– Куда это?
– заговорила Ирина Матвеевна, наблюдая, как сын выходит из своей комнаты и натягивает чёрный пиджак, который был сшит, казалось, прямо по нему.

Петя пришёл снова на кухню, поцеловал в щёчку мать, пожал руку отцу, как всегда и делал на прощание. Он улыбался, радовался чему-то. На первый взгляд нельзя было сказать, что он человек-настроение, а тут такое открытие.

– А на свиданьице. Роман?
– брюнет протянул руку юноше, на что тот неуверенно её пожал, ещё с подозрением разглядывая игривые карие глазёнки. Так и видно было, как чёртики плясали, да костёр разжигали, -я знаю, ты меня запомнил. Ха-ха, ладно, я пошёл.

И юноша удалился: к счастью или к сожалению это невозможно было сказать. Он, вроде, и надоедал своими шуточками, но в тоже время без него было как-то страшнее оставаться один на один с родителями.

– Кто там говорил про театр? Я за.

– Позднее зажигание, Ирина Матвеевна.

====== 20 Глава. ======

Первый день в школе после зимних каникул. Кто-то уже соскучился по урокам, по холодным классам, а кто-то даже забил на учёбу и продлил себе каникулы.

Во многих классах отопления ещё нет, но в столовой и в библиотеке стоят обогреватели, плиты, в общем, много источников тепла, поэтому в первые дни у учеников будет спрос именно на эти места.

Как ни странно, за все каникулы Костя и Рома практически не виделись. Оба были со своими половинками или с родителями. Однако, помимо всех этих развлечений, все четверо усердно готовились к экзаменам. Ну, как готовились… Костя открывает алгебру, читает задание, закрывает, открывает русский.