– Что это за хуйня?!
– Владиславу уже было всё равно, услышит их библиотекарь или нет, зайдёт кто-то или нет, всё внимание было сконцентрировано лишь на симметричных порезах на смуглой коже, которую так любил юноша, так не терпел, когда на Косте появлялись левые синяки. Если синяки есть, то они должны быть от Влада.

– Какая разница?
– отдёрнул руку Костя, сам не понимая, чего переспросил. Разница была ещё какая большая, да ещё это их общее дело, так как оба в причине плохого настроения друг друга винили себя.

– Аха, и правда! Какая мне разница?!
– но Влад руку всё равно вернул, так как был сильнее Кости физически, а тот не смел больше сопротивляться, ибо знал, что бесполезно. Девятиклассник нахмурил брови, надувая щёки, как обычно это делала Олеся, когда обижалась, и отвёл взгляд в сторону — на книги.

Оба молчали. Влад, наверное, ждал, пока тот что-нибудь первый скажет, но молчание продолжало резать слух. За всё это время, пока они там находились, успела закончиться перемена. Прозвенел звонок, библиотекарша покинула свой пост и отложила плеер в тумбочку. Она даже забыла, что помимо неё в помещении находились ещё два юноши. Обычно библиотека пустела, вот она и привыкла, наверно. А вообще, она странная была. С очками такими круглыми, с глазами зашуганными и длинной косой.

– Ладно, всё, извини меня, -Влад заговорил первым, отпуская руку и больше не сжимая её, -но всё же, зачем?

– Захотелось, -пожал плечами девятиклассник, стараясь спрятать шрамы как можно уютнее и дальше, где не было бы видно никому.

– Это не аргументирует твои действия, -Владислав заметил нечто странное в поведении Кости, тот стал каким-то пугливым в последнее время, стал больше сидеть в сети и стал больше проводить время с телефоном. Костя упёрся спиной о те самые полки и шкаф с книгами, потирая измученное запястье, -посмотри на меня, -приказал Влад, наклоняясь к Косте.

Моментально на него посмотрели два строгих карих глаза, в которых всё равно как ни крути читалась невинность и ещё совсем детское представление о мире. По крайней мере, об этом можно было судить, поскольку мешки под глазами говорили об обратном — будто он за каникулы познал все муки и смертные грехи.

– Сколько ночей ты уже не спишь?

– Не считаю, -оба юноши всегда старались сфокусироваться прямо на глазах друг друга, выискивая зрачок. Для Кости это было легко, поскольку у Влада глаза зелёные, зрачок был виден сразу. Красиво так. А вот у того — наоборот. У девятиклассника глаза практически сливались с чёрным зрачком.

– Пока она не пришла…-Влад уж было хотел поцеловать Костю, склонился, прикрыл глаза в надежде, что ему ответят. Но не тут то было. Юноша оттолкнул его, продолжая также стоять. Четыре глаза. Два — непонимающих, два — смущенных.

Вдруг неловкую тишину, что воцарила на минуту, прервала вибрация телефона, что находился у Кости в задних карманах брюк. Теперь мальчик даже испугался, растерялся, видя перед собой холодные зелёные глаза.

– Дай мне свой телефон, -протянул руку Владислав, уже блокируя какой-либо выход из библиотеки. Он знал, что тот может как стартануть — не угонишься, сам задохнёшься по пути.

Костя недовольно рыкнул, но тихо, отчего хотелось посмеяться, погладить по волосам, но придётся сдержаться, ибо ситуация никак не позволяла. Всё-таки телефон оказался в руках Влада, тот его разблокировал, уже зная все пароли юноши наизусть. И от всех соц.сетей, и от приложений. Д-доверие. На телефон пришло уведомление с группы, мол, сегодня будет новая игра или что-то подобное. Владислав с подозрением вошёл туда, листая ленту и приходя в ужас уже с первой записи.

– Хорошо, я проверю кое-что ещё, -Влад зашёл в галерею юноши, смотря его скаченные фотографии. Он уже не смотрит на те, которые создавались в ванной с помощью лезвия. В загруженных было ещё ужаснее, чем в группах. Всякие порезы, мясо прочее, дохлые животные, -ты адекватный?
– все эти картины, полные крови и ужаса, просто вбивались в сознание, запоминались, да ещё так красочно, что, возможно, будут ещё снится во снах. Снова зашёл в сеть, пролистал личные сообщения. Все трындели о какой-то секте и Сатане, писали непонятными символами. В нескольких группах были сообщения трёхдневной давности уже ЯКОБЫ мёртвых людей. Но девятиклассник знает, что это группа основа на стёбе и никто потусторонним силам жертвовать ничего не хотел.

– Костя, что с тобой случилось?
– возвращает телефон, уже отходя на шаг назад.

– Что-то изменилось?

– Не отвечай вопросом на вопрос, ты знаешь, как это меня раздражает, -спокойно продолжал Влад, не меняя ни тонов в голосе, ни каких-нибудь ноток. Сохранялось одно равнодушное, холодное выражение лица. Слышалось только сердцебиение Кости, дыхание обоих. У Влада оно было даже учащённым, минуту другую — ударить может, -тебя нужно спасать.

– Не нужно никого спасать, -опровергал всё Костя, чувствуя это горячее дыхание на своей щеке. Он стал краснеть, ему уже стало жарко, хотелось убежать, не видеться с парнем. Его тоже много что бесило, но он молчал, стараясь не вызывать новых конфликтных ситуаций.

– Ясно. Мы расстаёмся, -отошёл, нет, даже отпрянул в сторону Владислав, равнодушно и до ужаса холодно стреляя своими глазами в растерянные глаза Кости. Тот даже ничего сказать не смог, также прислоняясь к книжному шкафу. Уже в ту же минуту он остался один, потерянно скатывался спиной вниз, садясь на корточки. Он, кажется, понял, с чего такие поспешные выводы сделал парень. Они поклялись, что будут доверять друг другу и рассказывать всё, о чём молчат. А тут произошёл такой казус… Костя осознал свою ошибку и теперь винит себя. С его характером и привычкой обижаться на выдуманные причины ничего не поделаешь, потому он и не объяснился с парнем.