— Рабов. Есть еще женская лаборатория на другом краю острова. Знаю только, что женщин изготавливают гораздо меньше. Не более десяти тысяч.

— Противно-то как, — передернула Стеша. — Лаборатория изготавливает… Гадость.

— А как еще? — пожал плечами Имос. — Смотри, сейчас всех разбудят. — Имос показал на трех парней, спешащих к большим барабанам у одного из зданий. — Рабов будут кормить, а потом начнутся уроки.

— Нам пора? Надо найти координаты женской части острова и побывать там. Надеюсь, они есть на табло у парастеков.

— Стеш, — окликнул девушку Имос, — поцелуй меня, а то мне начинает казаться, что это все сон.

— Не сон, мой хороший, не сон, — она обняла его и громко чмокнула в губы. — Пойдем!

Захватив мешок с формой, пара прокралась по задворкам базы и вышла из леса прямо на парадром. Их капсула уже стояла на стартовой площадке, а рабы ждали прибытия ее хозяйки.

— Тебе тоже не мешало бы надеть платье, — шепнул девушке Имос. — Ты в этом комбинезоне очень подозрительна.

— На меня им нельзя смотреть, — шепнула ему Стеша, и громко, чтобы услышали слуги, добавила, — полезай в парастек, грязный раб. Сегодня ты отправишься к Иону. Имос послушно забрался в капсулу, а Стеша со знанием дела подошла к табло. Она быстро нашла координаты нужного места, но ее внимание привлекло другое место назначения. Красным цветом было выделено одно слово: "БРАК".

Стеша поспешила к парстеку, решая на ходу, какие координаты ей выбрать. Необходимо было посмотреть, что творится на женской половине острова, но это красное "Брак", тянуло, как магнит.

— Госпожа, мы заменили вам, тубус с горючим, теперь он полон, — сказал один из рабов.

— Молодец, пацан, — Стеша хлопнула по его плечу, — очень кстати. Мальчишка поклонился, но на колени не упал. Видимо пластины на его спине еще не было, и все тяготы воспитания он на себе не испытал.

— Стеша, скорее, — крикнул Имос и указал на бегущих к парастеку нескольких рабов и женщин в оранжевых балахонах. — Кажется это за нами.

Девушка подбежала к капсуле, уселась в кресло, не задумываясь, ввела координаты на компьютер и нажала кнопку старта. Двигатель загудел и заглох, не желая принимать новый вид топлива. Стеша посмотрела через стекло кабины, преследователи были уже близко и разъяренные лица женщин не предвещали ничего хорошего. Она нажала на кнопку старта и в сердцах ударила кулаками по панели: "Мерзкие твари". Турбины молчали.

— Не злись, Стеша, — спокойным голосом произнес Имос, — попробуй еще раз. Слышно было, как надзирательницы орали рабам, что бы те задержали беглецов, но мальчики спокойно стояли, опустив головы, и не предпринимали никаких попыток выполнить приказание. Загремели барабаны, это означало, что на базе начинается новый безрадостный день. Стеша ударила по кнопке старта, и в тот момент, когда рука одной из женщин уже почти коснулась двери парастека, он взревел, задрожал и исчез в клубах синего дыма, оставшегося от съеденного двигателем чтозабла.

Через миг, Стеша вывалилась из кабины капсулы на площадку, задыхаясь от удушливого дыма. За ней выбрался Имос и, прокашлявшись, спросил:

— Что это было?

— Поганое топливо! — ответила Стеша, — хорошо, что вообще долетели.

— Долетели! Только куда? — парень встал с земли и огляделся вокруг. — Это не женская половина. Это вообще не остров. — Девушка, продолжая лежать на спине, открыла глаза и посмотрев вокруг восхищенно проматерилась: "Хреннанээээ".

Вокруг стояли огромные деревья, с которыми Стеша была знакома. Они стеной окружали ее родной Затеевск. Лиственницы, сосны, кедры — любимая тайга восточной Сибири. Рассвет шел полным ходом, и девушка избавилась от линз, и помогла снять их Имосу.

— Ты знаешь, где мы? — спросила она улыбаясь.

— Не знаю, — ответил Имос. — И главное не знаю зачем? Здесь холодно!

— Давай переоденемся, — девушка достала комплекты полевой формы, здесь это подойдет лучше, чем твои белые штаны.

Переодевшись и оценив внешний вид, друг друга, они не удержались и накинулись друг на друга с поцелуями. Впервые они чувствовали себя такими свободными, и желание завалиться на мягкий мох подкашивало их коленки. Имос остановился первым:

— Потом! — еще раз лизнув губы Стеши, сказал он, — А то мы будем заниматься этим до самого вечера. Девушка вернулась к парастеку и посмотрела компьютерную карту, чему соответствуют координаты этого места.

— Там за деревьями, когда-то был небольшой город, — она показала рукой в нужном направлении, куда уводила от парадрома еле заметная, заросшая тропка, — судя по карте до него не больше пятиста метров.

— Пойдем, — протянул ей руку Имос. — Но я так и не знаю, зачем мы здесь.

— Ты знаешь, что такое брак?

Имос сжал зубы так, что они заскрипели, остановился и ударил кулаком по стволу дерева:

— Я знаю, что такое брак. Это, — гнев кипел в нем, как магма в жерле вулкана, — это сортировка рабов. Каждый год самых слабых или покалеченных уничтожали. — Губы Стеши задрожали:

— Как? Это же люди!

— Мы не люди. Мы рабы! Нас никто никогда не лечил. Когда ты мазала мне плечо, помнишь? Это было впервые.