Он щелкнул по кончику моего носа и трусцой побежал по подъездной дорожке, оставляя меня на пассажирском сиденье в откровенном шоке.

Передняя дверь немного приоткрылась, когда Преппи остановился на крыльце, будто человек, который был за дверью, ждал его. Преппи осмотрелся по сторонам и исчез в доме.

Я утонула в кожаном сиденье. Слава Богу, он оставил зажигание включенным, поэтому я могла послушать музыку.

Хоть я и чувствовала бриз с дороги, здесь, на равнине, было очень душно, и влажность была настолько высокой, что я видела, как воздух дрожал над землей.

Я закатала джинсы до колен, чтобы хоть немного остыть.

Предупреждение Преппи хоть и пугало меня до чертиков, но не было необходимым. Мне некуда было идти.

«Я защищу тебя», — говорил Кинг.

Я решила остаться из-за блинчиков Преппи. Кинг сказал, что не станет принуждать меня трахаться с ним, так что мне лишь предстояло наслаждаться свободной комнатой и не натыкаться на Кинга.

«Ты будешь умолять об этом».

Ага, сейчас! Он может и дальше в это верить, пока я буду уплетать блинчики.

Через сорок пять минут передняя дверь открылась. Пожилая женщина вышла с Преппи на крыльцо и подарила ему долгое объятье. Она держала его лицо в своих ладонях близко к своему и что-то говорила, ее лоб почти касался его. Преппи вернул поцелуй в щеку и помахал ей, возвращаясь к машине.

— Ты в порядке? — спросил он, выруливая назад на трассу.

— Да. А что? Ты удивлен, что я все еще здесь?

— Не, просто сегодня на небе ни облачка. Глэдис любит поболтать, а е*аное солнце жжет, как ад, и в машине жарче обычного, даже с включенным кондиционером, — он указал рукой на мои подкатанные джинсы: — Но, кажется, ты разобралась.

— Порядок. Глэдис твоя бабушка? — поинтересовалась я.

— Не совсем, — ответил Преппи с дьявольской ухмылкой на лице. — У нас с ней дела.

— Дела? Какие дела у тебя могут быть с пожилой женщиной, с которой ты провел в доме сорок пять минут?

И потом до меня дошло. Преппи, наверное, понял это по моему лицу.

— Что? — спросил он.

— Ты занимался с ней сексом?

— О боже мой! Ты думаешь, я парень-проститутка!

Преппи ударил кулаком по рулю. Он свернул на обочину, остановился и вытер слезы с глаз, которые начали выступать от безудержного смеха.

— Это не так уж и смешно, — пробубнила я, скрещивая руки на груди.

— Да, да, детка. Что конкретно Кинг сказал тебе обо мне? Он как-то упомянул, что у меня пунктик на старушек? Если да, то я надеру его гребаную задницу, потому что это неправда.

— Нет, он этого не говорил, но тебя не было достаточно долго, и ты ей, похоже, нравишься. Сильно. Если она не твоя бабушка, значит, я подумала, что…

— Давай. Скажи это. Ты думала, я извращенец, который удовлетворяет старушку своим членом и получает за это бабки? — он повернулся ко мне и откинулся назад на водительскую дверцу.

— Ну, да… Но то, как ты это говоришь, звучит смешно.

— Потому что это на самом деле смешно, — ответил Преппи, доставая пачку сигарет из консоли.

Он со скрипом опустил стекло и подкурил одну сигарету, поворачивая голову к окну, чтобы выпустить дым. Парень завел машину и снова выехал на дорогу.

— Думаю, в итоге мне понравится с тобой нянчиться.

Я почувствовала, как покраснело мое лицо:

— Тебе не нужно со мной веселиться. У меня, может, и немного воспоминаний, но у меня есть чувства, так что мы можем просто притвориться, будто ничего этого не происходило?

— Да, мэм, я забуду об этом, — произнёс Преппи, хоть и выражение его лица говорило о том, что этого никогда не будет.

Парень припарковался возле другого дома, который в точности напоминал мне первый, только возле этого росли голубые цветы вместо белых.

— Вот что я скажу, детка. Почему бы тебе не пойти со мной и не увидеть, как на самом деле обстоит дело?

— Нет, спасибо. Я лучше подожду здесь, — фыркнула я, звуча почти как вредный, капризный младенец.

— Нетушки. Дело касается моей репутации. Так что ты идешь, — сказал Преппи, выключая двигатель. Вместе с ним с шипением заглох и кондиционер, выпуская через щели последний глоток прохладного воздуха.

— Я думала, ты собираешься забыть обо всем этом.

— О, я солгал, — ответил он, обходя машину и открывая для меня дверь. — После тебя, дорогая.

Я подошла к парадной двери, а Преппи следовал за мной по пятам. Он позвонил в дверь, и другая женщина того же возраста открыла дверь и впустила нас в дом.

— Арлин, это Доу. Она — друг. Она ведь может войти? В машине становится адски жарко.

Южный акцент Преппи теперь набрал полную силу.

— Почему нет, конечно, дорогая! В такой денек, как сегодня, вообще не стоит сидеть в машине. Тебе должно быть стыдно, Сэмюэль, если ты уже заставлял ее сидеть и ждать тебя, — она игриво шлепнула его по плечу, когда он ступил в комнату, и зашаркала ногами, проходя в гостиную. — Садись, садись. Я уже приготовила чай. Сейчас принесу для тебя приборы.