Так что человеческое поверье о том, что если съесть храбреца, колдуна или какого-нибудь героя, одолевшего очередное чудо-юдо, якобы завладеваешь всей его силой и достоинствами, имеет под собой весьма реальную основу. Навь, когда кушала человечков, завладевал их памятью, навыками, опытом, накопленным за всю жизнь. А аура подпитывала энергией.

Первые несколько дней пищи ему требуется много, но когда его аура насыщается, навь может долго себя не проявлять. И чем выше его уровень, тем дольше длится период "молчания", как этот момент называют навологи.

Именно тогда навь и выполняет обычно поставленную перед ним задачу, после чего автоматически возвращается в свой мир. Тело, которым он пользовался на тот момент, начинает стремительно разрушаться и обращается в прах.

Простые обыватели, при виде такого зрелища, ошибочно считают, что навь мертв, тогда как по всем данным - убить это существо невозможно, только связать и изгнать. Вот и все, собственно, что я знала о навьях. Способам же их поимки, обнаружения, вызова, а так же классификации учат уже на кафедре навологии.

– О чем задумалась, дивчина?
– вывел меня из прострации оборотень.

– Скажи, а почему ты решил, что телом для нави должен стать именно Владомир?

– Так уже значит - Владомир?!
– усмехнулся Марес, но увидев мой, не обещающий ничего хорошего, взгляд, продолжил уже по теме, - Просто, именно Охотники обладают весьма редкой разновидностью Дара, и для нави в таком теле открывается множество возможностей.

– А почему же он выбрал тогда другого? Может у меня не та разновидность?
– с улыбкой спросил Владомир.

– Может, - кивнул головой Марес.
– А скорее всего участковый маг что-то напутал при вызове и все пошло наперекосяк. Вот к чему приводят попытки дилетантов выдавать себя за профессионалов!
– гневно закончил оборотень.

Глова у меня начала болеть еще больше. Оборотень, почувствовал, что мне.

– Пошли-ка я тебя домой провожу, - Теперь уже с искренним сочувствием предложил Марес.
– Толку от тебя сейчас никакого. Лучше отчеты пиши, я тебе уже все материалы готовые домой принес.

– Может лучше мне это сделать, а вы пока навью займетесь?
– невинно предложил Охотник.

– Отчеты писать?- удивился Марес.

– Нет. Девушку проводить.

Глаза оборотня сверкнули, из глотки вырвалось короткое рычание. С Мареса слетело все добродушие, и он тяжелым звериным взглядом впился в Охотника.

– Нет уж, я как-нибудь сам! А то неизвестно, что тебе в голову придет, а она такая одна осталась, рисковать никак не можем.

Владомир насмешливо кивнул в знак согласия. Марес подхватил меня под руку и практически потащил прочь. Бурча под нос что-то не очень разборчивое про Охотников, меня в частности и того нечистого, который свел нас вместе ему, Маресу, на горе.

– Надеюсь, мы еще увидимся?
– услышала я голос Владомира. Ответить я ничего не успела, помешала захлопнувшаяся за моей спиной, дверь.

Оборотень споро тащил меня по селу, ни на секунду не выпуская моей руки. Как будто боялся, что сбегу. Сил спорить с ним, по этому поводу, не осталось совершенно. Хотелось спать, слабость нарастала, ноги требовали, чтобы меня несли, везли, на худой конец тащили за волосы, а я мысленно уговаривала их потерпеть. Получалось плохо. Поэтому я безмолвно подчинялась творимому произволу, в тайне мечтая упасть в обморок. Правда я никогда в него не падала, но надеялась на то, что если упаду меня все-таки донесут (ну или каким-то образом доволокут до дома).

Мечтам об обмороке сбыться было не суждено. Оборотень, наконец, обратил внимание на то, что я спотыкаюсь на каждом шагу, и без лишних разговоров перекинул меня через плечо и в таком неприглядном виде потащил дальше. Гордость требовала завопить по громче, и потребовать поставить меня на землю, но разум предложил ей заткнуться, и наслаждаться процессом "переноски" тела молча. Оборотень снова начал ворчать, теперь о нерадивой мне, которая отлынивает от работы, продлевая себе больничный при помощи "совершенно безумных прогулок неизвестно с кем". Спорить с ним сил не было.

На крыльце стоял Пушистик. Точнее, не совсем стоял - нервно бегал по верхней ступеньки туда-сюда, периодически останавливаясь и вглядываясь вдаль. Увидев нас, он заохал, пропуская оборотня внутрь. Марес сгрузил мое бренное тело на кровать.

– Принимай, - широким жестом указывая на меня, сказал оборотень.
– Дарю.

Уплывая в спасительный сон я увидела, как засуетился по избе Пушистик, позвякивая скляночками с лекарствами.

Ночь прошла под знаком кошмарных снов. Снившаяся мне жуть заставила меня проснуться от собственных воплей. Из ниоткуда на меня свалился Пушистик.