Её лицо всё ещё покрывают синяки и ссадины, кое где даже до сих пор не сошёл отёк.

Аппарат рядом с изголовьем её кровати предательски молчит. Кажется, он совсем отключён.

Я слышу очередной свист оружия в воздухе, а затем крик, наполненный болью. Я резко оборачиваюсь и вижу, как Айзек падает на колени.

— Нет! — вскрикиваю я.

Я не вижу Эллисон, и мне становится страшно.

Я дёргаюсь в сторону двери, но та вдруг с грохотом закрывается.

Ногицунэ выходит из тени и смотрит на меня так, словно я его ужин.

— Ты не сможешь противостоять собственным инстинктам, Брук, — шепчет он в такт дождю, что барабанит по крыше.

— Нет, — я отрицательно машу головой и медленно пячусь назад, обходя кровать, на которой лежит мама.

Стайлз двигается на меня.

Я знаю, что мне не убежать.

Значит, придётся бороться.

Не долго думая, я срываюсь с места в попытке напасть на ногицунэ, чтобы хотя бы сбить его с ног, но когда я оказываюсь достаточно близко, Стилински выставляет руку перед собой, и меня с силой отбрасывает на что-то твёрдое, что под тяжестью моего веса тут же рушится на множество мелких частей.

И я лечу.

Недолго, буквально мгновение.

Но за это мгновение я успеваю поймать резкую перемену в глазах ногицунэ — от упования собственным превосходством до животной боли.

А затем я ударяюсь о землю, но увы, сознание не теряю, и лишь лежу и ловлю лицом крупные капли дождя, которые не могут скрыть боли, что берёт начало в спине и затылке и разливается по всему телу.

“Я буду ждать тебя, Брук. Я знаю, что ты придёшь”.

========== // bad times today ==========

Где-то вдалеке я слышу приближающиеся шаги, которые с трудом различаются за шумом проливного дождя. Кто-то идёт ко мне, но у меня нет сил на то, чтобы даже поднять голову. Затылок медленно немеет, словно голова погружается в кислоту, что безболезненно для меня разъедает ткани.

Я на секунду прикрываю глаза в надежде на то, что мне удастся потерять сознание, и, возможно, тогда будет не так больно.

Но облегчение не приходит.

Я собираю все немногочисленные силы в кулак и привстаю на одном локте, однако, мне тяжело держать голову на весу, и я тут же откидываюсь обратно.

— Лежи, не двигайся! — доносится до меня знакомый женский голос где-то совсем рядом.

Я перевожу взгляд в сторону и вижу, как миссис МакКолл опускается рядом со мной на колени.

— Я в порядке, в порядке, — словно в бреду произношу я.

Шевелю пальцами ног, а затем сжимаю руки в кулак, проверяя, не сломано ли что-нибудь.

Несмотря на то, что конечности, вроде бы, целы, голова никак не проходит, и это вполне ожидаемо — недавно я получила сильнейшее сотрясение мозга, а теперь ещё и падение с третьего этажа точно на асфальт.

Каждая клеточка в моей голове пульсирует, словно в огне.

— Носилок не хватает, — вздыхает женщина, прикладывая руку к моему лбу.

Я вижу, как она выпрямляется и вертит головой в поисках помощи.

— Что-то случилось?

— Да уж, случилось … Люди в чёрных масках перерезали пол больницы! — её голос срывается на крик.

Я тяжело выдыхаю. Если бы это были люди, всё бы было гораздо проще.

Я перевожу взгляд на здание больницы. Зрение фокусируется с трудом, однако, мне удаётся разглядеть то самое окно, из которого я вылетела, словно пробка из бутылки.

Там, в палате, всё ещё лежит моя мама, а ведь я даже не знаю, мертва она или нет … И Стайлз. А так же другие ребята … Они все сейчас где-то там, в больнице, возможно, ранены, или даже ещё чего хуже.

Мысль о том, что кто-то из друзей может быть при смерти, придаёт мне силы. Я снова делаю попытку привстать на локтях, и в этот раз она оказывается удачнее.

— Тихо, тихо! — Мелисса придерживает мою голову.

Из-за дождя мне сложно понять, мокрые ли волосы на моей голове, или же они пропитаны моей собственной кровью. Я хватаю женщину за плечо, и она помогает мне подняться.

Несмелые осторожные шаги отдаются тупой болью в области затылка, из-за чего дорожка из мурашек прокладывается по позвоночнику. Но я лишь поджимаю губы и двигаюсь дальше.

Дождь продолжает издевательски барабанить по крыше, и мне даже кажется, что он начинает усиливаться.

Исцеление уже должно было начаться, однако, я понятия не имею, как скоро мне станет лучше … Дитон говорил, что на всё нужно время.

— Я постараюсь найти обезболивающее, но ничего не обещаю, — произносит Мелисса, когда мы пересекаем порог больницы.