Я не думаю, что Кира сможет сражаться в таком состоянии, но не отговариваю её, потому что понимаю, что она чувствует — беспомощность, желание, но невозможность помочь. Это убивает не хуже открытой раны.

Я коротко киваю ей, и она равняется со мной и Стайлзом.

— Обещайте, что если цена смерти ногицунэ — моя жизнь, то вы позволите мне её заплатить.

Я отрицательно машу головой.

— Пожалуйста, Брук …

Я машу головой ещё сильнее, словно это придаст убедительности.

— У Скотта был лишь один план — спасти тебя. И несмотря на то, что он сейчас не с нами, я не собираюсь им пренебрегать.

Звук подъезжающего автомобиля заставляет всех нас развернуться. Водитель давит по тормозам и тут же вылетает из машины.

Это Крис Арджент, отец Эллисон.

Мужчина идёт к багажнику, и спустя пару секунд подходит к нам с двумя пистолетами в руках.

— Мистер Арджент? — Лидия вскидывает брови.

Я перевожу взгляд на Дерека, потому что уверена практически на все сто процентов, что именно он позвал его. И в подтверждение моего предположения я тут же вижу, что Арджент и Хейл обмениваются многозначительными взглядами и еле заметными кивками.

— Я думаю, помощь вам не помешает, — произносит мужчина.

— Спасибо, — я поджимаю губы, а затем перевожу взгляд на двери школы. — Пора.

— Вы, — мистер Арджент кивает на меня, Стайлза, Лидию и Киру, — Идите внутрь. Мы останемся снаружи и осмотрим территорию. Если что — кричите.

Дерек двигает шеей и я вижу, как его лицо меняется из человеческого в волчье. Он издаёт гортанный рык, его голубые глаза блестят ярче, чем любые драгоценные камни. Я пытаюсь отразить это на себя, но всё же мне сложно даже подумать о том, что я могу выглядеть так же.

Мистер Арджент взводит курки на своих пистолетах и кивает Хейлу в сторону стадиона.

Кира с трудом, но хватается за рукоять катаны.

Я поворачиваю голову в сторону Стайлза, чьё лицо сейчас находится в десятке сантиметров от моего. Я чувствую его тихое и отрывистое дыхание у себя на коже и уже почти тянусь к нему рукой, чтобы коснуться щеки, но вовремя себя одёргиваю. Сейчас не время и не место.

Лидия толкает синие двери от себя, и мы заходим внутрь.

Белизна тут же ударяет в глаза. Кажется, это снег.

Крупные хлопья падают на макушку и плечи, и я смаргиваю снежинку, что задержалась на ресницах.

Это даже не похоже на школьное помещение, скорее, какой-то сад, где я ни разу не была.

Я слегка подгибаю колени, когда чувствую, что Стайлз теряет равновесие, делая очередной шаг, и прижимаю его сильнее к себе … Или же сама к нему прижимаюсь.

Я чувствую, как его тонкие пальцы сжимают моё плечо из последних сил.

Я оглядываюсь на Лидию и Киру и вижу, что девушки так же растеряны, как и я.

Хруст снега под тяжестью чьих-то ног заставляет нас обернуться туда, откуда мы появились. Из-за угла выходит ногицунэ. Всё в нём, от посеревших бинтов и до хромой поступи, заставляет меня испытывать страх.

— Как я и обещал, Стайлз, — произносит он своим скрипучим голосом, замирая в нескольких шагах от нас. — Мы уничтожим их всех. Один за другим.

Я улавливаю краем глаза чёрную тень где-то сбоку и быстро поворачиваю голову — демоны Они. Их больше, чем должно было быть, и они окружают нас.

— Где мы? — спрашивает Кира.

— Между жизнью и смертью, — отвечает ногицунэ.

— Бардо … — шепчет Лидия.

— Ты умираешь, Стайлз. И сейчас все, кто тебе дорог, тоже умирают. Я занял почти всю доску, Стайлз: больница, ветеринарная клиника, полицейский участок …

Я нервно сглатываю на последних словах. Полицейский участок … Пэрриш! Неужели, несмотря на все мои попытки оградить его от опасности, всё вышло в точности, да наоборот?

— Ты знаешь о ритуале сэппуку, Стайлз?

Юноша слегка отстраняется от меня, выпрямляя спину, однако, его пальцы всё ещё крепко сжимают ткань моей кофты на плече.

— Нет, и не хочу, — произносит он.

— Самурай потрошит себя своим собственным мечом, чтобы сохранить свою честь, — всё-таки объясняет ногицунэ. Он делает ещё несколько небольших шагов в нашу сторону. — Но убивает его не разрез … Смертельный удар наносит его кайсяку, обезглавливающий самурая своей катаной, — ногицунэ слегка поворачивает голову в мою сторону, так, что если бы за повязкой были видны его глаза, я уверена, что смотрели бы они точно в мои. — Брук … Брук твой кайсяку. Я заставлю человека, который любит тебя, убить тебя, Стайлз. И ты ей это позволишь. Потому что вместе с тобой умрут все они … Все, кого коснулся клинок Они.