Антэрн с очень большим трудом сумел немножко разлепить веки и посмотреть на говорившую. Ей оказалась миловидная белокурая девчушка лет тринадцати на вид.

"Гайиша", - вспомнил он имя.
– "Тишайя использует ее для...особых клиентов, точно. Я в "Серебре и Меди? Почему? А как же герцог"?

Заныла грудь и Антэрн осторожно коснулся ее рукой, которая почему-то очень плохо повиновалась. Пальцы нащупали плотный материал бинта.

"А-а-а", припоминаю. Хороший удар, да. Стало быть, мне повезло, вероятно, Тиша успела прийти на помощь до того, как этот ублюдок закончил дело. Надеюсь, с ней все хорошо".

– А где твоя госпожа?
– тихо поинтересовался он.

– На заднем дворе, господин, - пролепетала девчушка.

– С ней что-то не так?

– Да.

У Антэрна засосало под ложечкой.

– Она ранена?

– Если бы. Кажется, она головой двинулась. Ай!

Вторая девушка отвесила Гайише хороший подзатыльник.

– Рот закрой, - грубо оборвала она ее.
– Не видишь что ли, господин волнуется. Все хорошо, просто госпожа ведет себя немного необычно, только и всего.

Не то, чтобы это сильно успокоило Антэрна, но он решил не делать скоропалительных выводов и разбираться со всем по порядку.

– Давно я лежал без сознания?

– Шесть дней, господин, - услужливо ответила потирающая затылок Гайиша.
– Но тебя еще везли к нам.

"Стало быть, недели полторы-две. Неплохо, неплохо. Повезло, что выкарабкался".

– Руки и ноги у меня на месте?

– Да, вот только, - Гайиша шмыгнула носом.

– Только?

– Шрам на груди...

Ее компаньонка отвесила второй подзатыльник.

– Подумаешь, шрам. Мужчин они украшают. Главное, господин, что ты жив. Но с каким же демоном тебе пришлось столкнуться? Не верю, что человек может ранить тебя.

"Так, как же ее звать? Сил-Лина, точно. Северянка".

– Сил-Лина, - он постарался улыбнуться, надеясь, что лицо выглядит не слишком страшно.
– Я и сам бы хотел получить ответ на этот вопрос.

Тут он не кривил душой. Противник просто исчез и появился за спиной, но человек не может так сделать, так не бывает.

"Значит, бывает. Вот что случается, когда бездумно бросаешься в атаку. Что ж, сам виноват".

Он постарался сесть. Кое-как получилось.

– Воды.

Ему тотчас же подали большую кружку с травяным отваром, который Антэрн влил в себя одним глотком.

"Ромашка, конечно же", - безо всякого удивления отметил он.
– "Иначе и быть не могло, у меня просто обязана была начаться лихорадка".

– Я хочу поговорить с Тише... с госпожой. Проводите?

– Конечно, - тотчас же согласилась Гайиша.

С помощью девушек он кое-как поднялся на ноги, надел тунику, и, поддерживаемый своими сиделками с двух сторон неуверенно двинулся к двери.

Вечерело, и снизу доносился многоголосый гомон, а из-за закрытых дверей - громкие стоны. Постоялый двор жил своей жизнью, не обращая ни малейшего внимания на Антэрна. Его это устраивало.

Девушки провели воина черным во внутренний двор, затем прошли еще немного - вглубь сада, и до ушей Антэрна стали доноситься звуки сражения.

"Та-ак, кажется, я начинаю понимать", - подумал он.

– Быстрей, быстрей, говорю!

Тишайя сражалась против Эйриши и Рииса, и, надо заметить, не испытывала при этом ни малейшего неудобства. Вот она рубанула Эйришу, та высоко подпрыгнула, приземлилась за спиной Серебряной Молнии и тотчас же получила локтем в нос.

Риис с боевым кличем бросился в атаку, Тишайя изящно и плавно увернулась, пнула Рииса под колено, со всей силы хлестнула его своей покалеченной рукой, управлять которой выше локтя женщина могла, после чего, врезав ему для верности в пах, приставила клинок к горлу.

– И это все? Проклятье! Вы шутите, что ли? С такими навыками вы не продержитесь и минуты против нормального противника! А ну живо поднимайтесь на ноги и продолжим!

Молодые люди дружно застонали, но стали подниматься.

– Тишайя, ты убьешь их куда быстрее, чем любой враг, - громко произнес Антэрн.

Серебряная Молния замерла, а ее спина напряглась. Меч выпал из разжавшихся пальцев.

– Ант?
– Тишайя обернулась, и ресницы ее задрожали.
– Ант... Ант!

Она устремилась к нему и едва не сбила с ног, столь стремительным оказался этот бросок.

– Живой, слава богу, ты живой!

Она уткнулась лицом ему в грудь, не обращая ни малейшего внимания на ошарашенные лица девушек, поддерживавших раненого под руки.