— Ты осуждаешь своего брата? За то, что не боролся упорнее, за то, что загнал тебя в такое положение?

— О! — воскликнула она. — Конечно! Это не имеет никакого отношения к тому факту, что это ваша цивилизованная личность привезла сюда вниз Раугхд Денчи. Ты достаточно знала о дочери семейства, чтобы осознавать, что произошло, ты достаточно знала о ней, чтобы осознавать, что она с нами делает. Но это было для тебя недостаточно серьезно, пока неких радчааи чуть не убили. И тебе не о чем будет беспокоиться, как только ты уедешь, а дочь семейства и ее мать по-прежнему останутся здесь.

— Не я причина этому, Кветер. И я не могу исправить каждую обнаруженную мною несправедливость, как бы ни хотела этого.

— Нет, разумеется, не можешь. — В ее голосе звучало жгучее презрение. — Ты в состоянии исправить лишь то, что действительно причиняет тебе неудобства. — Она повернулась и пошла дальше.

Если бы я была склонна к сквернословию, то сейчас бы выругалась.

— Сколько лет твоему брату?

— Шестнадцать, — сказала она. В ее голос вернулся сарказм. — Ты могла бы спасти его из этого ужасного места и привезти в подлинную цивилизацию.

— Кветер, у меня есть лишь мой корабль и кое-какое временное жилье на базе Атхоек. У меня есть солдаты, и они заботятся о моих нуждах и даже готовят мне чай, но у меня нет личной прислуги. И твоя мысль о цветах очаровательна, но беспорядок был бы страшный. В моем хозяйстве нет места для твоего брата. Но я спрошу его, хочет ли он уехать отсюда, и, если это так, я сделаю для него все, что смогу.

— Не сделаешь. — Заговорив, она не повернулась и продолжала идти. — Да ты хоть знаешь, — сказала она, и по ее голосу я поняла, что она вот-вот расплачется, — да можешь ли ты представить себе, что значит понимать: что бы ты ни делала, это ничего не изменит? Что бы ты ни делала, это не защитит людей, которых ты любишь! Что все, что ты в состоянии сделать, — совершенно бесполезно!

Я могла.

— И тем не менее ты это делаешь, как бы то ни было.

— Как суеверный дикарь. — Теперь она уже плакала. — Что бы я ни делала, это ничего не изменит. Но я заставлю тебя смотреть на это. Я заставлю тебя увидеть, что ты сделала, и после этого до конца жизни, если ты отвернешься, если когда-либо заявишь, что поступаешь справедливо или правильно, тебе придется откровенно лгать себе.

— Уважаемая Кветер, — сказала я, — ты такая идеалистка и так молода, что и понятия не имеешь, как легко людям обманывать самих себя. — К этой минуте вершины гор осветились и мы оказались уже почти у горного хребта.

— Я все равно это сделаю.

— Конечно, — согласилась я, и остаток пути мы прошли в молчании.

Сначала мы остановились у меньшего дома. Кветер отказалась и от чая, и от еды и стояла у двери, по-прежнему сложив руки на груди.

— В главном здании еще никто не проснулся, — сказала я ей. — Если извинишь меня на минуту, я бы хотела одеться и кое-что сделать, а затем мы сможем подойти к дому и подождать магистрата. — Она подняла локоть и плечо, показывая, что ей безразлично, буду я что-то делать или нет.

«Меч Атагариса» находилась в гостиной капитана Хетнис, все так же лицом вниз на крышке стола, лежащей на полу. Ее спина была покрыта толстым черным панцирем восстановителя. Я присела на корточки рядом с ней.

— «Меч Атагариса», — тихо сказала я на случай, если она спит, и не желая беспокоить капитана Хетнис.

— Капитан флота, — ответил она.

— Тебе удобно? Может, тебе что-нибудь нужно?

Мне показалось, что долю секунды она колебалась, прежде чем ответить.

— Мне не больно, капитан флота, и Калр Пять и Калр Восемь были очень любезны. — Еще пауза. — Спасибо.

— Пожалуйста, дай знать любой из них, если что-нибудь понадобится. Сейчас я собираюсь одеться и пойти в главное здание. Думаю, весьма вероятно, что мы захотим уехать до завтрашнего дня. Как думаешь, мы сможем тебя переместить?

— Думаю, да, капитан флота. — Опять такая же пауза. — Капитан флота. Сэр. Могу ли я задать вопрос?

— Разумеется, корабль.

— Почему вы вызвали врача?

Я действовала, не размышляя особо почему. Просто сделала то, что в ту минуту казалось правильным и очевидным.

— Потому что я не думаю, что тебе хотелось оказаться слишком далеко от своего капитана. И я не вижу причин тратить впустую вспомогательные компоненты.

— Со всем уважением, сэр, если шлюзы не откроются в скором времени, в этой системе имеется лишь ограниченный запас специализированных восстановителей. А у меня есть несколько дублеров в хранилище.

Дублеры. Человеческие существа в анабиозе, ожидающие смерти.

— Ты бы предпочла, чтобы я бросила этот сегмент и его ликвидировали?