Он - это видно по всему

Силен, отважен, прекрасен собой,

Властен, верностью движим святой.[103]

Так пусть он вложит в ножны меч,

Чтоб доблести сии сберечь

Для боле подходящих

Встреч, еще предстоящих.

А я, чье имя вам досель

Неведомо, - князь Кингримурсель,

Хочу сражаться лишь с одним

Гаваном!.. Всем же остальным

Желаю процветанья

И мира!.. Испытанья,

Судьбой назначенного, жду!..

Призвав виновного к суду,

Обязан я заметить,

Что мы готовы встретить

С почетом рыцарским его

В столице дяди моего

(Коль он прибыть туда согласен).

Никто не будет ему опасен,

Его поступку вопреки.

И только от моей руки

Падет он, мной наказан.

Я высшей клятвой связан!.."

Все словно бы оцепенели,

Услышав речь Кингримурселя.

Известно было это имя!

Делами славен боевыми,

Сей рыцарь так мечом владел,

Что равных в мире не имел...

Все трепетали за Гавана...

А князь, явившийся незвано,

Уже успел сокрыться с глаз...

Но мы продолжим свой рассказ.

...От Кундри рыцари узнали

Подробности о Парцифале:

Как валезийца величать

И кто его отец и мать...

Еще не поглотила Лета

В ту пору имя Гамурета.

Иной с ним вместе воевал,

Иной в Канвалуа бывал,

Иной, кто нынче стар годами.

Еще служил Прекрасной Даме

Анфлисе Несравненной, той,

Что куртуазии святой

Анжуйца первой обучала...

И всех, конечно, огорчала

Обида, что в порыве зла,

Герою Кундри нанесла...

...У каждого - своя обида.

Ну, разве короля Кламида

Однажды не обидел рок

И не был мир к нему жесток?

Нет, Парцифаля и Гавана

Вовек не жгла такая рана,

Которая Кламида жгла:

Душа в тоске изнемогла,

И несть конца его печалям...

И вот с героем Парцифалем

Король вступает в разговор:

"Когда б дары Кавказских юр

Или земель арабских клады,

Монет златые водопады

И все сокровища Грааля

Вы в самом деле потеряли,

Все было б меньше той потери,

Что я изведал в Пельрапере,

Когда, разбив меня в бою,

Вы радость отняли мою.

И вот я состою отныне

При Куневаре... Для княгини

Я только жалкий пленник ваш...

О, тяжелейшей из пропаж

В ничтожнейшее возмещепье

Прошу мне даровать прощенье,

А Куневаре дать понять,

Что стоит от меня принять

Мою любовь, а также руку

В вознаграждение за муку,

Что столько времени терплю..."

"Ну, что ж... Я так и поступлю,

Чтоб вы хоть чуточку воспряли.

Ведь та, кого вы потеряли,

Теперь - моя Кондвирамур!.."

...Гиневра и король Артур,

Рыцари и сенешали

Кламида утешали,

И Куневара его поняла

Любовь и руку его приняла.

И он, списхожденьем ее покоренный,

Ее главу увенчал короной...

. . . . . . . . . . . . .

. . . . . . . . . . . . .

Герой Парцифаль промолвил так:

"Душу мою застилает мрак.

Вот здесь я стою перед вами

И выразить не могу словами,

Какой измучен я тоской...

Не нужно радости мне людской,

И я назад к вам не приду,

Пока Грааль вновь не найду...

Я сознаю, в чем я виновен:

Был непомерно хладнокровен.

Мне быть не может оправданья,

Поскольку выше состраданья

Законы вежества поставил!

И ради соблюденья правил

Молчал перед лицом несчастья,

Ничем не выразив участья

Анфортасу, кому в ту ночь

Я мог, обязан был помочь!..

Вопрос с моих не сорвался губ

Потому, что молод я был и глуп,

Но совестью клянусь моею,

Что возмужаю, поумнею

И подвиг свой святой свершу!..

Теперь прощайте!.. Я спешу!.."

...Удерживать его не стали.

Вокруг несчастного стояли