— Кто будет следующим? — спросил он. — Я позаботился об этой милашке, которой ты так увлечен. Но это было так, дружеская оплеуха. Я могу действовать куда как суровее. Сам увидишь.

Я представил себе Лиззи, распростертую без сознания на полу в коридоре, ее рассыпавшиеся волосы, кровь, сочащуюся из пореза на голове.

— Подожди… — сказал я. — Пожалуйста…

— Приглядывай за пакетом с едой, Майкл.

Я не был уверен, что правильно расслышал.

— Не понял?

— Приглядывай за пакетом с едой. Приглядывай за ним, ладно?

— Причем здесь пакет?! — заорал я. — Плевать мне на…

— До встречи, человече. — Он дал отбой.

Я взревел. После чего зашвырнул телефон через всю комнату. Тот приземлился на кровать и отскочил к стене. Мне хотелось рвать и метать. Почему-то я был больше взбешен, чем напуган.

Что мне делать с этим мерзавцем?

Подумать над этим я не успел. Громкий стук в дверь спальни напугал меня; я резко обернулся.

— Да?

Дверь приоткрылась, и в комнату заглянула мама.

— Ты разговаривал? Извини.

— Нет. Уже закончил, — сказал я. — В чем дело?

Мама покачала головой.

— Аметистовое колечко пропало, — сказала она. — Я почистила его и положила на край стола. Теперь нигде не могу найти.

Я прищурился на нее:

— Ты про то колечко, которое каждый день надеваешь?

Она кивнула.

— Да. Мое любимое.

— А под столом смотрела? — спросил я. — На ковре поищи. Может, упало?

— Я везде смотрела. Каждый дюйм столовой обшарила. И три раза перерывала шкатулку. Как сквозь землю провалилось.

В моем мозгу вспыхнула картина: Лиззи в продуктовом магазине. Первый раз, когда я увидел ее. Запихивающая колбасную нарезку к себе в сумку.

С тех пор произошло многое. Казалось, тот день был давным-давно. Я думал о нашем долгом поцелуе, когда она сжимала меня в объятиях и ни в какую не хотела отпускать.

Она ведь не могла стащить колечко моей матери… или могла?

— Расскажи мне еще раз о вашем проекте по «Макбету», — попросила мисс Кёрди.

Кэтрин ткнула меня кулаком под ребра. Мне здорово повезло, что в этом семестре ее посадили вместе со мной. Она всегда готова тычком под ребра разбудить меня или вернуть к реальности, если я замечтаюсь.

Я был совершенно не в настроении слушать урок мисс Кёрди. Все мои мысли были о Лиззи. Я пришел в школу пораньше, надеясь перехватить ее возле шкафчика. Но так и не увидел, не было ее и в классах. Я продолжал высматривать ее, думая, что, возможно, она проспала и позже украдкой проберется в школу. Однако время шло к девяти, а Лиззи так и не появилась.

— Ваш проект, Майкл! — повторила мисс Кёрди. Присев на край своего стола, она наклонилась вперед и посмотрела на меня через стекла очков без оправы. Она невысокая и худощавая, лет, вероятно, около пятидесяти. У нее волнистые седеющие волосы, разделенные прямым пробором, очень бледная кожа и приятная улыбка. Одевается она в шерстяные лыжные свитера и длинные юбки до щиколоток, и пользуется всеобщей любовью, поскольку неглупа, остроумна и легка в общении.

Я откашлялся. Кэтрин изготовилась ткнуть меня еще раз.

— Ну… мы вроде как планировали видеоигру, — сказал я. — Основанную на пьесе. Я и Гейб с Диего. Мы делаем раскадровки. Ну, знаете, планировку игры.

Мисс Кёрди наморщила нос. Свет потолочных ламп отражался в ее очках, так что глаз ее я не видел.

— Это для дополнительных баллов? — спросила она.

Я покачал головой.

— Нет. Это и есть наш проект. Вместо сочинения. Мы подумали…

— Хорошая попытка, ребята, — прервала она. — Это весьма оригинальный способ отвертеться от написания сочинения.

— Но… но… — забормотал я. — Игра продемонстрирует наше понимание пьесы. Вот увидите…

Мисс Кёрди засмеялась.

— Почему бы тебе не продать мне Бруклинский мост? — спросила она.

Я подался вперед:

— Прошу прощения?

— Если ты считаешь, что я куплюсь на подобные увертки, почему бы тебе не продать мне заодно и Бруклинский мост?

Тут уж грохнул весь класс. Кэтрин почему-то тоже сочла это крайне смешным. У нее своеобразное чувство юмора. Впрочем, встречаясь с Диего, таким поневоле обзаведешься.