— Благодарю, — без эмоций поблагодарила я, — Но как ты смог пробраться через толпу Грешников и не увлечь их за собой?

— А вот это самое интересное, — метис облокотился о стол и положил подбородок на ладонь, — ты верно угадала, что я не пошёл в обход. И логично было бы предположить, что толпа Грешников ринулась на единственного живого… но она этого не сделала.

— Не ринулась? — я подняла бровь.

— Нет, — его взгляд из пристального превратился в-таки буравящий, — я прошёл через эту толпу, словно нож сквозь масло, но на меня вообще не обратили внимания.

— Все они стремились к базе, — протянул Вельз, впервые подав голос с начала допроса.

— Да, мы с Вельзиком уложили всех, кто добрался до нас после встречи с Тройчиком, — закивала Барб, — и, судя по показаниям датчиков, до базы добралась только половина.

— Мне было некогда тратить на них своё время, я спешил проверить — выжила ли ты, — голос Троя неожиданно стал насмешливым, — представь моё удивление, когда я обнаружил тебя в пяти ста метрах от последнего Грешника, лежащей на земле без сознания.

Облегчение. Вот что я почувствовала, когда Трой замолчал, предлагая мне объясниться.

Значит, Аст не оставил меня посреди леса, как только я вырубилась от потери крови. Как я и предполагала — Трой спугнул бывшего друга, когда пришёл мне на помощь.

— Я… слегка расслабилась, когда поняла, что Грешники пробежали мимо, и поплатилась за это, сорвавшись с ветки, — сказала, опустив глаза в тарелку.

Пять секунд тишины, и Барб снова начинает жевать, а Вельз — хрустеть свежими овощами.

— Ты, должно быть, не можешь есть из-за головокружения? — участливо спросил Трой, глаза которого оставались холодными и цепкими, — Говорят, это первый признак сотрясения мозга.

— Не знаю, где и что говорят, но есть я хочу, как Грешница, — ровно произнесла я и, наконец, уделила внимание своей тарелке.

Всё хорошо. Трой не знает о моём контакте с Астом, Аст не знает о моём секрете, моя тарелка полна еды.

Да, нелогично. Зато — по факту.

Трой не отрывал от меня взгляда на протяжении всего ужина, а я весь ужин чувствовала, насколько он опасен… Не взгляд. Сам Трой. Пусть я и доверила ему свою жизнь, вступив в отряд демонов и не сбежав при первой попавшейся возможности, нынешний командир разведкорпуса оставался самым опасным человеком в моём окружении.

Его ум вкупе с неадекватным, неподдающимся логике поведением, был большой угрозой для меня и моего секрета. Но уйти от метиса сейчас было бы глупо. Я всё ещё имела шансы сделать его своим защитником — а это именно то, чего я хотела, когда соглашалась нырнуть под его крыло. Если такая шишка, как Трой, будет вступаться за меня, охраняя мои тайны от псов Централи, то я буду в безопасности. Относительной, — но в Мире После нельзя было надеяться на большее.

— Спасибо за ужин, — я отодвинула от себя тарелку и встала из-за стола, — прошу разрешения лечь пораньше, — я посмотрела на Троя, ожидая его реакции, — я сильно устала за сегодняшний день, и, признаюсь, у меня слегка болит голова. Обещаю завтра выполнить весь график запланированных для меня тренировок. Плюс — помочь с уборкой территории за то, что пропустила.

Да, я помнила, что вечером я должна была заниматься рукопашной с Вельзом.

— Это не требуется, — Трой растянул губы в улыбке, — Наёмники в данный момент расчищают территорию базы от трупов. И на этот раз все тела будут сожжены, чтобы не привлечь новых Грешников.

Я не знала, как на это реагировать. Мне сейчас объявили амнистию? Проверок больше не будет? Или это — новая проверка?..

— Тогда я могу идти в спальню? — сухо спросила у него.

— Можешь, — усмехнулся Трой, — Сладких снов.

Удержать бровь на месте. Удержать бровь на месте.

Разворачиваюсь и выхожу с кухни.

Не буду это анализировать. Просто лягу спать.

Когда сняла с себя всю одежду и нырнула под одеяло, быстро проверила гловы на сухость: пока мокрые.

Ладно, до утра должны высохнуть. Хоть и сушила я их под подушкой.

Да, странно. Но это — единственный способ держать их подле себя в случае чего…

Голова уже плохо соображала, и я поняла, что ещё минута, и я вырублюсь. Когда темнота начала поглощать сознание, я медитировала лишь на одну мысль — не дать снять бинты во время сна. Не дать снять бинты во время сна. Не дать…

Где-то в середине ночи я проснулась, ощущая присутствие чужого внимания к своей личности. Глаза решила не открывать, поскольку итак знала, кто это. Трой стоял надо мной несколько минут, не шевелясь и не произнося ни звука. Затем присел на корточки, сравняв наши лица в пространстве (я лежала на нижнем ярусе нашей с Барб кровати), и долго вглядывался в мои глаза. Хвала провидению, веки не дрожали, и я смогла достоверно сымитировать спящую, — но всё это было довольно странно. Трой был странным. Непостижимым для моей логики…