– Вряд ли это поможет. Наша задача сейчас - спасти как можно большее количество солдат микадо для грядущих сражений. Русских крейсеров пока не видно...

– Крейсеров?
– посмел перебить командующего Третьей эскадрой офицер.

– Разумеется крейсеров. Ни за что не поверю, что этот 'Баян' вышел в море и столь нахально следует к месту высадки нашей армии в одиночку. С ним, наверняка, не только крейсера, но и броненосцы Макарова. Поэтому нам и необходимо здесь 'бросить кость' противнику. В виде корпусов уже практически обречённых пароходов.

– Ещё раз прошу прощения, ваше превосходительство, но вдруг этот 'Баян' всё-таки один?

– Крайне маловероятно. Но именно поэтому 'Итсукусима' и 'Хасидате' не пошли вместе капитаном Имаи. Два наших крейсера всё-таки способны, если и не остановить Вирена, то хотя бы задержать его. А, я очень надеюсь, что адмирал Того тоже имеет информацию о 'треске в эфире'. И сделал соответствующие выводы.

– Три дыма с юга!
– резанул по ушам звонкий крик сигнальщика.

– Разумеется, - бесстрастно процедил Катаока.
– Передать на транспорты: 'Ускорить выполнение приказа. Высадившимся войскам отойти как можно дальше от берега'.

Четыре японских судна уже и так удалялись в направлении Дагушаня под конвоем старого броненосца и четвёрки малых миноносцев, а двое обречённых поторопились дать малый ход и вскоре их днища заскрежетали о донные камни.

Не смотря на то, что корабли сидели на мели, глубина в этих местах была достаточно внушительной - около трёх - четырёх метров в соответствии с осадкой транспортных судов, так что прыгающим с бортов солдатам до спасительной суши требовалось добираться именно вплавь, а не вброд. Однако никакой паники не наблюдалось: оружие грузилось в шлюпки, а десантники налегке бросались в волны, причём не все сразу, а небольшими группами, в соответствии с указаниями руководивших ими офицеров.

Увидев, что здесь всё идёт относительно нормально, Катаока приказал 'Итсукусиме' и 'Хасидате' идти к основной части конвоя, на север. Оставалось только надеяться, что русский авангард задержится для обстрела сидящих на мели транспортов и прибрежных складов.

Надежды не оправдались. Русские скороходы, проходя мимо Бицзыво, конечно отметились несколькими залпами по берегу, но задерживаться не стали и устремились к дымам уходящим на норд.

С мостика 'Итсукусимы' вице-адмирал Катаока спокойно наблюдал, как неумолимо надвигаются русские. Было отчаянно обидно, что позавчера погиб на мине именно 'Мацусима' - единственный из трёх крейсеров Пятого боевого отряда, чья трёхсотдвадцатимиллиметровая пушка была предназначена для огня именно по кормовым румбам. Эта громоздила сейчас ещё вполне могла бы отпугнуть противника, сбить его с курса преследования...

Но теперь приходилось выбирать: Либо отдать на растерзание русским все четыре транспорта, отвернув с курса прикрытия, либо гарантированно погубить в бою весь свой боевой отряд, вернее оба крейсера - 'Чин-Иен' вероятно, сможет выдержать. Оказалось, что дела обстоят ещё хуже:

– За крейсерами идут истребители!

– Сколько?

– Не менее трёх.

Теперь заступить дорогу русским точно не получится - их скоростные корабли просто обогнут заслон из пожилых крейсеров Пятого отряда с двух сторон, одни свяжут боем броненосец, а другие растерзают транспорты - малые миноносцы Десятого отряда серьёзной защитой считать нельзя.

– Поднять сигнал: 'Транспортам выбрасываться на берег. По возможности свозить на него грузы и людей. 'Чин - Иену' вернуться к отряду. Миноносцам - тоже', - вице-адмирал понимал, что шансов сберечь свои корабли у него практически нет.

Конвоируемые суда послушно повернули на запад, броненосец тоже стал разворачиваться куда было указано, миноносцы капитан-лейтенанта Отаки согласованно развернулись вдруг два раза и тоже устремились к своему флагману.

– Не уважают нас японцы, - ехидно хмыкнул Вирен, видя как Катаока пытается выстроить 'забор' между своими транспортами и русскими крейсерами.
– Поднять сигнал: 'Крейсерам атаковать голову вражеской колонны. Истребителям - миноносцы'.

'Баян', 'Аскольд' и 'Новик' взяли курс на 'Итсукусиму', разумеется, обходя её по дуге приличного радиуса. Хоть четырёхтысячетонные кораблики и являлись весьма ненадёжной платформой для монструозных орудий калибром в триста двадцать миллиметров, но на близких дистанциях имелся серьёзный шанс схлопотать снаряд, который мог запросто вывести из строя даже 'Баяна' не говоря уже о 'Новике'.

Но тут следовало рискнуть - на самом деле огромные пушки крейсеров типа 'Мацусима' отличались не только отвратительной точностью, но и такой же скорострельностью, поэтому обстрелять корабли Катаоки именно с носовых румбов было самым разумным и наименее рискованным решением. Всё-таки наиболее эффективным оружием этих крейсеров были именно скорострельные стодвадцатки, которые предназначались для стрельбы почти исключительно по борту.

Более пяти узлов преимущества в скорости, позволили отряду Вирена нарисовать практически идеальный 'кроссинг Т' 'Итсукусиме'. Тот хоть и отвернул в сторону параллельную охвату, но десять минут шквального анфиладного огня не прошли даром для пожилого крейсера весьма скромного водоизмещения, корабль запылал, орудие главного калибра вышло из строя, и было невосстановимо в ближайшие часы, обозначился вполне заметный дифферент на нос.

В это время истребители Матусевича обогнули вражеский кильватер с хвоста и обозначили весьма серьёзную угрозу для следующих к берегу транспортов. Японские номерные миноносцы немедленно выскочили напересечку, но силы были слишком не равны: 'Боевой', 'Властный', 'Выносливый' и 'Грозовой' превосходили по огневой мощи своих визави в несколько раз, и с лёгкостью расшвыряли бы вставших на их пути к судам с десантом и грузами на борту. Кажется: а в чём смысл этой атаки? Японцы и так собрались заниматься откровенным 'суицидом' - их транспорты взяли курс на берег и уже обречены. Транспорты - да, но главным объектом для русских миноносцев являлись не сами плавсредства, а их содержимое - солдаты и грузы. Совершенно различное количество того и другого можно переместить на берег в относительно спокойной обстановке и под обстрелом. Это понимали и все офицеры отряда Отаки, поэтому маленькие кораблики находящиеся под его командованием бесстрашно пошли в самоубийственную атаку на русские контрминоносцы. Миноносцы атаковали контрминоносцы. 'Пчёлы' атаковали 'шершней'. Четыре на четыре...