Несмотря на жару, днем мы выспались, а заката чуть дождались: очень хотелось узнать, выполнил ли Дилт наши заказы. И хотя в таких случаях принято пропускать вперед дам, первым отправился я - на этом настояла Таа. Я видел, что ей очень хочется быстрее добежать до стены и узнать, но такая уж мне досталась женщина, внимательная и чуткая.

Мне третий квадрат не открылся вообще, Таа получила два клубка ниток - наши просьбы выполнять не спешили.

Ночью мы, не трогая обжитый центр площадки, чуть в стороне сложили защитную стенку из собранных камней. Пусть ее высота не превышала метра, но это было хоть какое-то укрытие.

Утром поднялся ветер. Казалось, солнце не взошло, и ночь продолжается. Мы перетащили сложенную палатку к стене, спрятали внутрь все наши вещи и забрались сами. Так и лежали, слушая завывание ветра и чувствуя, как песок стучит по палатке. Нужду справляли в шаге от выхода из убежища.

Нам повезло: мы угадали с расположением стенки, и она защищала нас от ветра. Мы не понимали, день сейчас или ночь - все слилось в темное безвременье. За молоком и зерном не пошли, решив поголодать, но остаться живыми. Веревка, протянутая к стене, была слишком короткой. Пусть она не доходила до Дилта всего метров пятьдесят, но в такой круговерти человек мог потерять ориентацию уже через несколько шагов.

Мы привыкли к шуму и порой засыпали, а проснувшись, слышали свист ветра и шуршание песка. Я крепче обнимал Таа, прижимал ее к себе и всем своим существом понимал, что у меня нет человека ближе и роднее. Худенькая женщина с другой планеты - моя единственная, моя любимая, моя жена.

Проснулся я первым. Жарко, душно и тихо - все ощущения странные и непривычные, ведь за время непогоды мы привыкли к шуму и прохладе. Таа спит в моих объятиях и дышит, как всегда, чуть слышно. Если уж я различаю ее дыхание, то буре действительно пришел конец.

Едва я вылез из палатки, следом выбралась Таа. Мое присутствие или отсутствие она ощущает мгновенно - мне ни разу не удавалось встать, не разбудив ее.

Солнце стоит высоко, поэтому и жарко. Получается, что ветер дул чуть более суток. О буре напоминают только наносы песка рядом с палаткой да то, что наша песчаная постель в центре островка исчезла без следа.

Перенести песок с места на место - дело недолгое; нетрудно и палатку обратно натянуть, чтобы от солнца закрыться.

Первой к стене пошла Таа, прихватив опустевшие бурдючки. Вернулась посвежевшая, с мокрыми волосами и обидой на милом личике.

– Дилт плохой! Я еду взять хотела, а окна не открываются!

– А в третьем квадрате смотрела?

– Нет, у меня все равно руки заняты... Попей.

Таа указывает на заполненные бурдючки. Я пью и размышляю. Похоже, здесь опоздавшие к завтраку-обеду-ужину остаются без пищи. Надо срочно протягивать веревку до стены, а то так и обессилеть от голода можно. А если бы буря продлилась дня три-четыре?

Дилт не открыл мне ни первый, ни второй, ни третий квадраты. Зато рядом появился четвертый проем. Я сунул руку в черноту, она прошла сквозь размягчившуюся перепонку и нащупала довольно объемный предмет.

Ящик! Именно такой я заказывал: длина - полметра, ширина вдвое меньше, высота - сантиметров двадцать.

– Спасибо, Дилт!
– заорал я что было мочи.

У меня получилось! Он понял меня!

Я вновь сунул руку в черный квадрат и извлек еще один ящик, за ним - еще один. В следующий раз меня не пустили - рука уперлась в затвердевшую перепонку. Все правильно: нарисовал три ящика - столько же и получи.

Таа изделия Дилта не одобрила.

– Эти стенки изогнутся, - сказала она.

В доказательство напарница взялась руками за верх длинных стенок и раздвинула их в стороны. Подались они немного, но, пожалуй, Таа оказалась права: если заполнить ящики песком, их разопрет. Надо утолщать верх стенок - делать ребра жесткости.

Таа сбегала к стене и принесла сложенную материю - отрез десятиметровой длины. Правда, ширина у него оказалась небольшой - всего сантиметров шестьдесят.

Жизнь наладилась. К сожалению, Дилт почему-то отказался делать готовые мешки, но материю выдает исправно. Нитки, иглы, каменные ножи Таа тоже получила.

* * *

Перед тем как возводить стены, нужно подготовить основание - хотя бы просто ровную площадку. Впадины в скале я засыпал мелким щебнем, мы с Таа все промерили веревкой, наметили углы будущей постройки.

Я когда-то помогал отцу строить дачу, а сейчас вспоминаю, как это делалось.

Отец, мама, жена, дочь - все мои родственники остались на Земле. Живы ли они? Вспоминают ли меня?

– Таа, как думаешь, твои родители живы?

– Надеюсь.