Беспокоился я зря: несмотря на выросший сверху слой плоти, наш остров осел и от площадки до уровня песка осталось всего метра полтора. Я легко преодолел сначала одну метровую ступеньку, а спрыгнул на песок со второго возвышения, окружавшего бывшую скалу. Нижняя ступенька выше не стала, а вот ее ширина увеличилась в несколько раз.

К раздаче пищи я не опоздал: бурдючок с молоком и узелок с зерном оказались на своих местах. Однако Дилт в любой момент мог посчитать, что время кормежки вышло, и Таа могла остаться без еды. Я заскочил в кабинку, сделал несколько глотков воды и побежал обратно.

Таа отсутствовала намного дольше, вернулась посвежевшей и, как мне показалось, чем-то озабоченной. Расспрашивать ее я не стал, и сам отправился помыться и набрать воды.

В кабинке меня накрыло: я захотел женщину, да так, будто не общался с противоположным полом целую вечность. Даже холодная вода не помогла усмирить желание.

– Сначала сделай постель!
– услышал я голос Таа.

С кем это она разговаривает?

Любимая стояла спиной ко мне в центре растущего узла.

– Мягкую постель!
– Таа топнула ножкой по затвердевшей плоти растущего узла.

Возникшее видение затуманило стройную женскую фигурку. Однако и на "картинке", показанной молодым Дилтом, была тоже Таа. А рядом с ней я узнал себя, и мы не просто лежали.

Реальная Таа обернулась, наши взгляды встретились. Я понял, что она видела то же изображение, и наши желания совпадают. В общем, мы обошлись без постели.

* * *

Центр площадки растущий Дилт все-таки сделал мягкой. На этой постели мы лежим все свободное время. Именно здесь нас и посещают видения. Я бы назвал их порнографическими фильмами, роли в которых исполняем мы с Таа. Признаться, "картинки" Дилта меня изрядно возбуждают и подталкивают к действиям. Таа всегда благосклонно относится к моим порывам, ведь она смотрит то же кино.

В свое время я считал, что наши отношения с Нидой - сексуальное сумасшествие. Думаю, тогда было лишь легкое помрачнение рассудка.

– Ты заметил, что узел стал расти быстрее? Наверно, ему помогает то, что мы часто спим друг с другом, - предположила Таа.

– Или он просто добрался до воды.

На самом деле, новый Дилт рос стремительно. По площади и высоте он уступал узлам, внутри которых мне довелось побывать, не его наружные стены быстро поднимались вверх. Мы уже не смогли бы перелезть через них, но проход, появившийся с самого начала, позволял нам беспрепятственно выходить наружу и возвращаться.

Что делать за пределами живого дома? Сходить в туалет, забрать еду, наполнить бурдючки да сполоснуться самим. А внутри лишь секс и разговоры - вот и все занятия.

Мы по-прежнему покидаем узел поодиночке - кто-нибудь обязательно находится внутри. Я в отсутствие Таа лежу между колоннами и дремлю, а возвращаясь из отлучек, нахожу ее в том же месте - в самом центре нашего живого дома. Однако напарница не спит, а стоит или сидит. Нередко она разговаривает - общается с растущим узлом. Однако при моем появлении сразу же замолкает.

– Я мешаю тебе?

– Когда ты рядом, я его не чувствую, - признается Таа.

Я все чаще отхожу к стене, сажусь на пол и слушаю, о чем она разговаривает с молодым Дилтом.

– Ты должен дать нам воду... Нам нужна отдельная комната... Почему ты не сделаешь туалет?

Просьбы Таа просты, но Дилт не спешит облегчить нам жизнь.

Наружные стены сначала соединились с крышей тонкими мостиками, затем перемычки стали расширяться, и вскоре узел почти наглухо отгородился от внешнего мира - остался лишь выход. Наступила темнота. После настойчивых увещеваний Таа Дилт подсветил потолок изнутри, но прозрачную крышу не сделал.

– Он еще не умеет, - сокрушенно вздохнула Таа.
– Надо учить.

Как может человек чему-либо научить монстра? Конечно, Дилт разумен. Однако что у него общего с людьми?

– Не вздумай звать сюда других женщин и мужчин! Когда мы уйдем, тогда и приглашай, - это я слышу ежедневно.

Мне тоже надоела смена партнерш - надеюсь, уговоры Таа подействуют. Только выпустят ли нас отсюда?

В узле появился источник воды: из наружной стены забила тоненькая струйка. Слива не было - всю воду, как губка, впитывал пол. Таа восторгалась и благодарила Дилта, ежечасно умывалась сама и обливала меня, принося воду в ладошках. Радость напарницы понятна: она добилась своего, у нее получилось - огромное существо отозвалось на ее просьбы.

Только за все нужно платить.

– Ваня, иди сюда - я соскучилась!

Я подхожу, и от поцелуя у меня кружится голова. Дальнейшее происходит на мягкой поверхности в центре узла. За послушание Дилт требует, чтобы мы занимались сексом - обмен необычный, но я ничего не имею против.

Выйти из узла можно в любое время, и у меня часто возникает такое желание. Если Таа говорит с молодым Дилтом, то я общаюсь с большим: подхожу к стене, касаюсь ее руками и чувствую присутствие огромного существа.