– Это учтено. Из выздоравливающих отберём командиров орудий и наводчиков, так что не одному теперь гонять молодёжь. Кстати, этой молодёжи тридцать лет, они одного года рождения. Да, я решил небольшую пехотную поддержку сделать, трёх бойцов выделил для этого, пулемётчик будет и два стрелка, оборудуют окоп, будут охранять подходы к нашим зениткам.

Тот только одобрительно хмыкнул, и отправив сержанта грузится, а ему помогали в кузов залезть, я сел в кабину, и мы покатили к выезду из города, а там и до стоянки нашего подразделения. Я немного тревожился, но к счастью тут было тихо, видимо времени мало было чтобы что не натворили. Это же призывники, они что обезьяна с гранатой, одно их спасало, возраст, не пацаны, многие отцы семейства, знают в некотором роде что такое дисциплина. Построив новичков, я представил своих бойцов, ну и Лосева тоже, на разукрашенную синяками лицо которого многие засматривались. Пока о зачислении новичков в какой из расчётов, и речи не шло, по прибытию займусь, а пока велел грузиться. Указав кому на какой машине ехать, убедился, что в лагере ничего не осталось, и прошёл к машине Пряхина, свои вещи я туда уже перенёс. Мы снова возглавили колонну, и три оставшиеся машины двигались за нами. Лосев замыкал, его расчёт был самым боеготовым.

Перед мостом через Днепр нас тормознули и пропустили только когда я предъявил приказ на охрану госпиталя. Дальше двигались без задержек. Один раз чуть под налёт на попали, но немцы не нас бомбили. Помешать мы не смогли, дальность не позволяла. Проехав место бомбёжки, тут техника горела, мы наконец добрались до нужной станции. Бойцам в пути всё внове было и те смотрели на эти страницы войны во все глаза. Сама станция километрах в тридцати от Могилева находилась. Госпиталь рядом с ней располагался, удалось высмотреть куда ехать, и перебравшись через пути, подъехали к палаткам под деревьями, много их тут было, очень много. Госпиталь охранял взвод охраны, усиленный, пятьдесят бойцов, и одна зенитка, тоже установка счетверённых пулемётов, только на треноге. Остановили нас на подъезде, пост тут был выставлен, и даже пулемётное гнездо из сложенных мешков. Сержант, командир поста, подошёл к моей машине и сразу поинтересовался:

– Зенитчики? Нас о вас предупредили, но мы вас раньше ждали.

– Пополнение получали. Где бы мне познакомиться с командиром, отвечающим за зенитное прикрытие? – покидая кабину, поинтересовался я.

– Нет у нас его, видимо вы будете, товарищ младший лейтенант, сержант-зенитчик у нас один. Командир той установки. Фёдоров его фамилия.

– Ясно. Тогда мне нужно место где разместить часть машин, где зенитки поставить, я уж сам разберусь, но с начальством пообщаться хочу. Кто тут? Главврач?

– Да, военврач первого ранга Коршунов у нас главный. А взводом охраны у нас командует лейтенант Медведев. Только его сейчас нет, он за станцией сейчас с отделением бойцов. Прочёсывают местность.

– А что там?

– Ракетчик объявился.

– Понял, – махнув рукой, я подозвал Лосева и когда тот подошёл, приказал. – Бери обе машины с «ДШК», пока командуй обеими, новичков гони на подготовку позиций, пусть покопают и маскируют. А я с местным начальством пока пообщаюсь. Обеда не будет, опоздали, так что разрешаю сухпай использовать, ужинать уже с местной кухни будем. Действуй.

– Есть.

Тот убежал командовать, а я приказал Пряхину отогнать его машину и вторую со счетверённой установкой пока в укрытие, для неё у меня расчёта нет. Его задача оборудовать лагерь для всего взвода, второй водитель поможет, Пряхин старший. После этого, пока бойцы выполняли приказы, Лосев знает где установить зенитки, он опытный, но я всё равно потом его проверю, направился к палатке где можно найти главврача. Один из бойцов с поста меня сопровождал. Насчёт расчётов, то я мог поставить командирами тех бойцов что из расчёта Лосева, но честно скажу, на командиров те не тянут, ни рыба, ни мясо, бойцы они справные, но не было у них нужной командной жилки. Лосев это подтвердил, тут со стороны командиры нужны.

Найти главврача удалось не сразу, тот в разгоне был, новая партия раненых прибыла, тот их принимал, они уже обработаны в медсанбатах были, кто-то прооперирован, и вот тот это дело с помощником изучал. Кого-то срочно на операционный стол, кого-то готовить к отправке, с темнотой санитарный эшелон подойдёт. Когда тот освободился, боец уже убежал, я представился сильно уставшему медику. Но тот узнав, что я зенитчик, обрадовался. С этим действительно было туго.

– На довольствие поставим, – принимая список с личным составом, подтвердил тот. – Лейтенант, а зенитки на машинах?

– Да, пулемётные.

– Некоторое колонны подвергаются обстрелу с воздуха, двигаясь без зенитного сопровождения.

– Я вас понял, товарищ военврач первого ранга. Без сильной потери боеспособности я могу выделить одну машину для сопровождения колонн, тут главное, чтобы топливо было.

– Этим обеспечим. Ещё что-то?

– Есть насколько просьб, одна по службе, и одна личная.

– Личная, я так думаю, женится удумал на ком из моих девчат?

– Оженить хотите? – в ответ улыбнулся я. – Нет, спасибо, я холостяком похожу. Тем более к слабому полу у меня изрядно придирчивый вкус и как я успел окинуть ваш персонал взглядом, нет у вас девушек в моём вкусе. Тут другое. По службе, мне призывников выдали, которые не знают с какой стороны за винтовку браться, их ещё учить и учить. У меня на два пулемёта расчётов по факту нет. В этом и просьба, подобрать среди выздоравливающих командиров для них и наводчиков, опытных, это поднимет боеспособность подразделения.

– Понял, я дам приказ особисту госпиталя, он посмотрит списки личных дел раненых. А что за личное дело?

– Меня учили на хирурга, частным образом, на дому, но я легко могу сдать экзамены в университете и получить диплом. Просто не успел. Практика мне нужна, готов ассистировать в свободное от службы время.

– Покажите руки, – велел тот и осмотрев, хмыкнул. – Руки хирурга, бережёте, чистые. Кто учил?

– Профессор Кривицкий. И откровенно всё же признаюсь, я учился на патологоанатома и интересовался судебной медициной, но готов и с живыми поработать. Опыт мне нужен.