Я в панике остолбенел. Должно быть, она вышла – может, в магазин. Было несколько причин, почему она могла покинуть кондо. Я поспешил к парадной двери. Ключи от ее машины висели на крючке.

Она вероятно отправилась на прогулку, сказал я себе.

Я вернулся на кухню к кофе-машине. Она показала, как ей пользоваться, так что я мог по крайней мере приготовить порцию кофе. На улице было туманно, нависали низкие и мрачные тучи. Ей потребуется горячий напиток, чтобы согреться по возвращению.

Но когда я потянулся к чаше, то увидел на столешнице ее телефон. А рядом с ним ключи от кондо. Рука дрожала, когда я поднял их. Зачем ей оставлять ключи? Как она попадет в таком случае в квартиру?

Я вновь перевел взгляд на столешницу. Там лежало все: банковские карты и чековая книжка, что я ей дал. Ее копия контракта. Она оставила все это, потому что оставила меня.

В глаза бросился всполох света, и я склонился, чтобы подобрать ее кольца.

В памяти вспыхнули образы Кэти. Как протягивал ей коробочку со словами, что не собираюсь вставать на одно колено. Выражение ее лица, когда в день свадьбы надел ей кольцо на палец, беря ее замуж ввиду обстоятельств, а не по любви. Она выглядела прекрасно, но я никогда ей об этом не говорил. Было много того, что я никогда не говорил ей.

Так много вещей, которые у меня уже никогда не будет шанса ей сказать – потому что она ушла.

Глава двадцать шестая

РИЧАРД

Я ЗНАЛ, ЧТО ЕЕ ТАМ НЕ БЫЛО, но все же проверил каждый уголок кондо. Заглянув в ее комод и гардеробную, отметил, что большая часть новой одежды, которую я купил для нее, была на месте, но некоторых вещей не хватало. Две еще не распакованные ею коробки лежали в шкафу, в ванной осталась парочка туалетных принадлежностей, но единственный имевшийся у нее чемодан отсутствовал. Я припомнил, что слышал прошлой ночью, как открывались и закрывались ящики. То, что мне показалось раскладыванием и перестановкой вещей, на деле оказалось ее подготовкой к уходу от меня.

Я присел на край ее кровати и схватился за голову.

Почему? Зачем она спала со мной, если знала, что собирается меня бросить? Почему она ушла?

Выругался себе под нос — ответ был очевиден. Пенни мертва. Ей больше не нужно было обеспечивать ее, а значит и продолжать притворяться, что она влюблена в меня.

Мне казалось, мы отлично поладили. Был уверен, что она испытывала какие-то чувства. Почему она не поговорила со мной?

Сидя в пустой комнате, я усмехнулся. Конечно же, она бы не пришла и не поговорила со мной. Когда это я давал ей понять, что она могла бы это сделать? Мы стали дружелюбными врагами, объединившимися ради общей цели. Теперь же ее цель изменилась. Хоть и собирался поговорить с ней, но она понятия не имела о том, что я испытываю. У меня до сих пор в голове не укладывалось насколько сильно изменились мои чувства.

В голове продолжал крутиться единственный вопрос, который не поддавался логике: Почему она переспала со мной?

Стоило воспоминаниям прошлой ночи всплыть в моей памяти, как все внутри меня заледенело. Она была девственницей, а на мне не было защиты. Я был так увлечен моментом – самой Кэти – что до этой секунды даже не задумывался об этом. Я взял ее без презерватива. Я же всегда его надевал и это никогда даже не обсуждалось с моими партнершами.

Каковы были шансы, что она на таблетках? В панике я схватился за затылок. Каковы были шансы, что она забеременеет?

Она ушла. Я понятия не имел, где она или беременна ли. И уж тем более представления не имел, как отреагирую, если она ждет моего ребенка. Задумается ли она вообще о такой вероятности?

Я поспешил в кабинет, обеспокоенный как никогда, и включил ноутбук. Быстро просмотрел историю браузера, чтобы проверить, бронировала ли она билет на самолет или поезд, но ничего не нашел. Перепроверил наши банковские счета и с изумлением обнаружил, что вчера она сняла двадцать тысяч долларов. Я вспомнил, как днем она собиралась на прогулку и как настаивала на походе в одиночку. Она отправилась в банк и сняла, либо перевела деньги. Все что она забрала – это свою двухмесячную «зарплату». Просмотрев ее счет, я обратил внимание, что за исключением расходов на Пенни, она не тронула ни цента из тех денег. Она ничего не потратила на себя. Ничего не прихватила на будущее.

Я был в замешательстве как никогда. Она не хотела моих денег. Не желала меня. Что же ей было нужно?

Я неустанно барабанил пальцами по столу. Она оставила свои ключи и пропуск, а значит не могла попасть в здание или квартиру. Я знал, что в конце концов она свяжется со мной, чтобы забрать оставленные ею коробки, но буду настаивать на том, чтобы сначала увидеться с ней. Мой взгляд остановился на полке в кабинете, и я осознал, что прах Пенни исчез. Куда бы она не ушла, она забрала его с собой – но я достаточно хорошо ее знал, чтобы понимать, что ей захочется забрать свои картины и содержимое тех коробок наверху, ведь в них хранились сентиментальные предметы – вещи, которые она считала важными.

Шестеренки в моем мозгу закрутились, как происходило каждый раз, когда я сталкивался с проблемой. Я начал раскладывать все по полочкам и находить решения. Я мог сказать Гэвинам, что она уехала на пару недель. Что стресс, вызванный смертью Пенни, был слишком сильным и ей потребовалась передышка. Я мог сказать, будто отправил ее в теплые края расслабиться и восстановить силы. Это бы позволило выиграть немного времени. А когда она выйдет на связь, я мог бы убедить ее вернуться, и мы бы что-нибудь придумали. Могли бы продолжать оставаться в браке. Я бы подобрал для нее местечко по соседству и ей бы приходилось видеться со мной только при возникновении необходимости. Я бы мог ее уговорить на это. Я встал и уставился на приглушённый свет за окном. Пасмурный день был идеальным фоном моего настроения. Я позволил мыслям течь самим по себе, обдумывая различные сценарии, и в итоге решив, что чем проще, тем лучше: буду придерживаться первоначальных мыслей о ее уходе. У меня ее телефон. Я мог бы посылать себе текстовые сообщения и придумывать достаточно телефонных бесед, не вызвав при этом каких-либо подозрений.