– Не сомневаемся в профессионализме ваших людей. Безусловно, мы прибегнем к их помощи, если таковая понадобится.

– Мне начинает казаться, что вы не заинтересованы в результате, – стал заводиться Олланта.

– Вы считаете нас пристрастными или некомпетентными? – похолодел голос Алмаза Семеновича.

– Я желаю видеть свою внучку дома!

– Мы приложим к этому все усилия.

– Их может оказаться недостаточно!

– Послушайте, уважаемый, – примирительно поднял ладони консул. – Вас шестьдесят человек, готовых выложиться и потратить все силы, чтобы добиться результата. А у нас десятки тысяч профессионалов на родной земле, от штаба спецопераций до городовых, которые знают каждый камешек в своем районе и наверняка отметят новое лицо на своей улице. Уверен, что расследование будет проведено в кратчайшие сроки.

– А если вы не справитесь за неделю?

– Тогда придется еще немного подождать, пока император вершит правду на своей земле. – Смотрел на него взгляд без эмоций. – Иные ваши действия будут расценены, как неуважение к титулу Его Величества.

– Алмаз Семенович, у вас есть дети? Внуки? Вы на мгновение можете себя представить на моем месте? – Уже готовый взорваться, произнес Олланта.

– Если они пропадут, я обращусь к императору. Ровно так же, как рекомендую поступить и вам.

– Послушайте, вы! У нас есть фотографии места преступления, место на карте, изображения сообщников похитителей! И мы не желаем ждать!

– С радостью примем имеющиеся у вас материалы. Безусловно, они поспособствуют наибыстрейшему завершению следствия.

– Я начинаю подозревать, что вы ни во что не ставите клан Аймара. – Зло процедил Олланта. – Я бы не рекомендовал вам совершать эту ошибку.

– Полагаю, что во взаимоотношениях великих стран не следует совершать ошибки, как одной, так и другой стороне. Ждать – мерзко. Я понимаю. Бездействовать в такой ситуации – угнетающе тяжело. – Уловил его эмоции консул, но остался рационален и спокоен. – Может, погостите в Москве? Мы устроим приемы в вашу честь. Сходите в музеи, прогуляетесь по исторической части города. Вашей дочери, если до нее донесется звук телевидения или радио о визите делегации клана Аймара, безусловно станет легче. Но принять мы вас готовы только в качестве почетных гостей. Без права участвовать в расследовании и влиять на следствие. Если эти условия неприемлемы, вы вольны подождать результатов в герцогстве или в ином месте вне территории империи.

Олланта взвесил предложение, сравнил с иными перспективами и хмуро вымолвил:

– Я хотел бы говорить с вашим господином.

– Безусловно, вы увидите Императора в Москве. – Заверил его дипломат. – Даю вам слово.

– В таком случае, это приемлемо.

Ну а два крупнейших землевладельца на своих континентах обязательно договорятся.

– Рад видеть вас гостем нашей земли. – Чуть поклонился Алмаз Семенович. – Остались небольшие формальности. Надо написать заявление, – тронул он бумаги на столе.

– Заявление?

– Бюрократия, – словно извиняясь, повел ладонью консул. – Чтобы запустить механизм поиска вашей глубокоуважаемой дочери, надо заявление от родственника. Будучи заявителем, вы получаете доступ к результатам расследования. Никто иной не будет знать деталей следствия, все материалы останутся навсегда закрыты от постороннего взгляда.

Никому не нужна огласка. А раз так, то регламент стоит соблюсти.

– Я готов. – Кивнул Олланта.

– Андрей Константинович, это ваша епархия, – пододвинул дипломат бумаги к угрюмому и до того молчавшему военному переводчику.

Тот деловито пододвинул бумаги к себе, взял ручку со стола и поправил стопку листов, выравнивая.

– Начнем? Фамилия, имя, отчество, год рождения.

– Аймара Качи Олланта, тысяча девятьсот первый.

– Текущее место работы?

– Анды.

– Должность?

– Стоящий на вершине пирамиды черепов.

– Думаю, достаточно, – чуть нервно прервал их консул, аккуратно перехватив ручку и бумагу. – Остальное мы заполним сами. От вас только две подписи и галочка на последней странице. – Передвинул он бумагу к Олланте.

– Что тут написано? – Хмыкнул старик, глядя на незнакомый язык.

– Что вы несете ответственность за дачу ложных сведений, – махнул рукой, обозначая пустяк, Алмаз Семенович.

А вот Олланта всерьез озадачился.

– У меня есть еще должность почетного палача. Это следует записать?

– Не стоит беспокоиться, одной вполне достаточно. – Горячо заверил его дипломат.

Олланта пожал плечами и подписался размашисто, на поллиста – не желая уступать его визави, изобразившему подпись, смахивающую на букву Z с чертой посередине.

– Был рад встрече, – осторожно забрали у него бумаги и поместили в портфель.

Книга с законами империи так и осталась на столешнице.

Олланта в знак уважения поднялся вместе с ними на ноги и автоматически оглянулся на пространство зала за стеклом кабинета, с удовольствием отметив приближающегося к ним сына рядом с шагавшим с ним высоким мужчиной – обладателем седой шевелюры и усов, в окружении богатой свиты, шедшей чуть позади.

Значит, сын так же уладил свои вопросы. Только взгляд у Катари какой-то заторможенный…